Золотые ворота. Черное солнце

Генералы переглянулись между собой. Их взгляды как бы говорили: «К чему вся эта интеллигентская болтовня с нижним чином, когда единой формой разговора в армии является приказ?» Но фон Ритце притворился, что не замечает этих взглядов. Подведя майора к столу, на котором лежала разостланная карта, сказал:

— У нас остается один выход: не ждать, пока дома будут взорваны большевиками, а самим их разрушать. Какой, по-вашему, самый опасный с этой точки зрения район?

— Центр!

— Вот с центра и надо начинать. Взгляните сюда, — резким взмахом руки полковник очертил карандашом черный овал на схеме Киева. — Вот это место должно стать мертвой зоной! Свалкой в будущем! Тут не должно остаться ни единого дома! О Крещатике и всех прилегающих к нему домах местные варвары должны забыть навсегда! Крещатик будет стерт с лица земли! И не когда-то, а сегодня ночью. Именно сегодня ночью! Вы меня поняли?

— Абсолютно точно, — уверенно гаркнул майор. — Как прикажете оповестить население?

— Никаких оповещений! — И в голосе полковника снова прозвучал металл. — Разве они оповещали наших солдат, когда будут подрывать комендатуру? Нет?.. Значит, мы вправе ответить тем же. Операцию приказываю провести ограниченным числом участников и совершенно секретно. Где не хватит взрывчатки, смело применяйте легко воспламеняющиеся вещества. Жертвы пусть вас не волнуют. Слышите? Жертвы вас не должны беспокоить! От выполнения этого задания зависит ваше будущее. Учтите!

Посветлевшими, с недобрым блеском глазами ластился Отто Гейкель к своему неожиданному заступнику. И по его глазам фон Ритце видел: приказ будет выполнен самым тщательным образом.