Украина — не Россия

Одну из составляющих такой политики я вижу следующим образом. Не упуская ни одной возможности технического и технологического сотрудничества с продвинутыми иностранными партнерами, наша аэрокосмическая промышленность должна не ослаблять, а наоборот, усиливать свою интеграцию с российской. У нас нет никакой нужды специально форсировать наше техническое обособление, оно происходит и будет происходить просто в силу того, что Украина и Россия — отдельные государства, различия между которыми нарастают естественным образом. Вместе с тем, при сегодняшней бедности Украины и России, космос, авиация и вооружения — это те области, где нам вместе легче прорываться. От обычной кооперации, от выполнения заказов друг друга необходимо активнее переходить к большим партнерским проектам. Они уже есть, но их явно недостаточно. Мировой опыт транснациональных промышленных групп показывает, что частный капитал в них вполне способен уживаться с государственным, нам необходимо осваивать этот опыт.

Украинским и российским партнерам нет нужды присматриваться и привыкать друг к другу, долго искать общий язык, согласовывать нормы и стандарты, утрясать патентные тонкости. Элементы взаимодополнения в наших экономиках — это объективная реальность. Использовать эту реальность — значит избежать огромных потерь на создание и поддержку параллельных структур. Достигающаяся за счет этого экономия становится решающим конкурентным фактором. Но более всего взаимодополняют друг друга наши люди.[111]

Возможно, тему о перспективности украинских высоких технологий следовало бы обсуждать не на примере космической отрасли. Но я обратился именно к ней, хотя мне хорошо известны примеры других отраслей и направлений. Я входил в Коллегию по вопросам научно-технической политики, восемь месяцев возглавлял Украинский союз промышленников и предпринимателей, постоянно интересовался этим вопросом и на посту главы правительства, и на президентском. Дело, однако, в том, что о космической отрасли я знаю более или менее все. Затронь я любую другую тему, мне пришлось бы привлекать экспертов, заказывать справки, но вывод, поверьте, был бы тот же: мы должны идти путем высоких технологий. Это единственно перспективный путь, однако чтобы сделать его реальностью, нам придется проявить чудеса хитроумия и изворотливости. Мы обязаны это делать, у нас просто нет другого выхода. Если мы допустим технологический провал, будущая Украина нам это не простит.