Маг для Шута. Расклады на удачу

— Я подумаю, ладно? — тактично ответила. — Понимаешь, я, конечно, не ханжа, но… — замялась, и продолжила, — ситуация для меня нетипичная.

— Как скажешь, — весело заявила Моргрис, явно не сильно огорчённая моим обтекаемым ответом. — Пойдём, твой художник вернулся.

Она отпустила, к моему облегчению, и снова взяла за руку. По лицу Рена, смотревшего на нас, ничего нельзя было сказать, он хранил доброжелательно-нейтральное выражение.

— Ирэна, надеюсь, наш разговор не уйдёт дальше нас и твоего жениха, — тихо произнесла вдова Рохфинн и пристально глянула на меня. — Не хотелось бы… разочаровываться.

И так выразительно она сказала последнее слово, что я почувствовала холодок по спине. Понятно теперь, почему слухи об интересах Моргрис не просочились в широкие массы. Думаю, она тщательно следила, чтобы её, скажем так, объекты внимания не трепали зря языком. Ну, мне резона продавать её секреты нет, поэтому угроза беспочвенна.

— Я не из тех, кто любит сплетничать, — спокойно ответила, прямо встретив её взгляд. — Но не люблю, когда меня заставляют делать что-то против моей воли.

Моргрис улыбнулась, и я заметила, как в глубине глаз мелькнуло облегчение.

— Я не имею привычки принуждать кого-то, — улыбка стала шире. — Разве только в бизнесе. Но личную жизнь и дела никогда не смешиваю. А рисует твой художник здорово, и портрет я хочу, — она неожиданно озорно подмигнула.

Мда уж, многогранная личность, ничего не скажешь. Мы сели за столик, я поймала вопросительный взгляд Рена. «Всё в норме, потом обсудим», — успокоила его. Иргрин тоже вернулся, а Фигиса с Хагалаз я среди танцующих не увидела. «Рад предупреждён, — отозвался Шут. — Уингерн к Рохфинну-младшему не подберётся». Ну, отлично. Осталось только найти артефакт, задавить смутное сожаление, что Моргрис уготована незавидная участь, передать дело в руки Килкена и Рада и свалить из этого мира побыстрее. Пока Тейваз не сложил два и два и не догадался, кто мы такие на самом деле.

— Как вы познакомились, если не секрет? — полюбопытствовала Моргрис, подлив нам с Реном вина.

Меня прошиб пот — вот это мы забыли обговорить! Но этот несносный мужчина, не задумываясь, ответил:

— О, это было очень романтично, — и с такой широкой ухмылкой, что я заподозрила подвох.

Особенно, когда заметила в фиолетовой глубине гремучую смесь нежности и ласковой насмешки.

— Ирэна как раз осваивала платформу, а я рисовал в одном из скверов, — Рен продолжал смотреть на меня, поставив локти на стол и устроив подбородок на переплетённых пальцах.

Я отчаянно покраснела, мгновенно поняв, какую историю он собирается скормить вдове. «Рен!!!» — прошипела по связи, опасаясь, что голос сейчас плохо контролирую.