Айдол-ян. Часть 3 [с иллюстрациями]

ЧжуВон несколько секунд обдумывает свои планы насчёт создания музыкального агентства.

— Хальмони, мне кажется, что сегодня ты излишне эмоционально настроена против ЮнМи, — говорит он. — Вспомни, сколько денег семье принесло моё знакомство с ней. Если бы я с ней не познакомился, то мой отец не получил бы такой большой заказ. ЮнМи стала известной не только в стране, но и за границей. Иметь такую невестку в семье — разве это не гордость для неё?

МуРан смотрит на своего внука, скептически чуть выпятив нижнюю губу.

— А её дядя? — спрашивает она. — Если сейчас выяснится, что он занимался чем–то весьма предосудительным? Как думаешь, это не зачеркнёт всё хорошее, что было от неё?

— Думаю, вряд ли что–то сможет перечеркнуть сумму правительственного заказа, — лучезарно улыбается в ответ ЧжуВон. — Потом, ты зачем–то сразу вообразила самое худшее из возможного. Вдруг там всего лишь подпольный тотализатор на петушиные бои? Или ещё, какая–нибудь ерунда?

— Ерунда? — удивляется МуРан. — Из–за ерунды люди не пропадают из дома на несколько месяцев!

— Может, он стал жертвой несчастного случая? — не сдаваясь, продолжает уговаривать ЧжуВон. — Стукнули по голове, украли все документы вместе с деньгами, он в больнице, ничего не помнит. Полным–полно таких случаев.

— Это где же их полно? — прищуривается на внука МуРан.

— В твоих дорамах, бабушка, которые ты так любишь смотреть! — восклицает ЧжуВон и вновь лучезарно улыбается. — Потом, всё рано нам придётся заняться поисками дяди ЮнМи, чтобы предусмотреть встречные шаги. Ты же не хочешь, чтобы кто–то из конкурентов моего отца узнал об этом и использовал в свою пользу?

МуРан снова чуть оттопыривает нижнюю губу.

— Хорошо, я займусь поисками, — недовольно говорит она. — Но после этого я хочу, чтобы ты расстался с ЮнМи. Пусть это будет нашей благодарностью за её помощь, раз она ничего не просила. Ты меня понял?

МуРан строго смотрит внуку в глаза.

— Не совсем, — отвечает ЧжуВон не отводя взгляд. — Ты ведь с ней договаривалась, не я? А меня вообще просто поставили перед фактом. Почему теперь я должен расставаться с ней? Если до этого моего мнения не спрашивали, почему сейчас вдруг стало иначе?

Он с вопросом смотрит на хальмони.

— Не хочешь делать то, что тебе говорит твоя бабушка? — изумляется МуРан.

— Бабуль, я отслужил уже половину срока воинской службы, — отвечает внук бабушке. — Я побывал под артиллерийским обстрелом. Скажи, сколько ещё мне ждать или, что ещё должно случиться, чтобы моим мнением стали интересоваться?

Хальмони, с изумлением смотрит на внука.

— Самостоятельности захотел?! — после пяти секунд молчания восклицает она. — Сам жить решил? Потом мне опять расплачиваться за твои долги? Вспомни, сколько ты потратил в Париже?

— Это была компенсация, — объясняет ЧжуВон. — За то, что я согласился поехать.