Проклятые [СИ]

Он прошел мимо и скрылся в спальне.

Из горла Кэрол вырвались рыдания и, чтобы сдержать их, она зажала рот ладонью. Опустившись на пол, она сжалась в комочек и, закрыв лицо руками, горько расплакалась.

Немного успокоившись и взяв себя в руки, она поднялась и на трясущихся ногах зашла в спальню.

Мэтт сидел на полу, подперев спиной шкаф и уныло обхватив голову руками.

— Мэтт, не верь ему, — дрожащим голосом взмолилась Кэрол, не решаясь подойти. — Я клянусь тебе, между мной и Джеком никогда ничего не было! Единственная наша вина в том, что мы позволили Рэю так думать. Но он бы со свету меня сжил, если бы узнал, что нас связывало на самом деле. Ты же видишь, как он реагирует на тебя и на то, что мы освободили тебя из тюрьмы. Он нам не верит, не верит в твою невиновность! Но это он сгоряча. Со временем он поймет, что был не прав. Он неплохой человек, Мэтт.

Мэтт молчал, не двигаясь. Кэрол подошла к нему и, присев, нерешительно положила ладони на его руки.

— Мэтт, — простонала она и убрала его руки, заглядывая ему в лицо.

Он отвернулся. Девушка ахнула, увидев слезы на его щеках.

— Мэтт, ты что, плачешь? Умоляю тебя, не молчи, скажи хоть что-нибудь! Ты мне не веришь, да?

Уронив голову ему на колени, Кэрол расплакалась.

— Я люблю тебя! Я так давно люблю тебя, целую жизнь, целую вечность! Мне никто и никогда не был нужен, кроме тебя!

— Правда? Но ведь у тебя же кто-то был до меня, — чуть слышно проговорил Мэтт. — Это Джек?

— Нет, Мэтт, у меня никогда никого не было, я даже ни с кем не встречалась!

— Надо же, как нагло ты умеешь врать! — горько усмехнулся он. — А невинности ты сама себя лишила?

Плечи девушки сжались, и мгновенье она молчала, продолжая прижиматься к его коленям.

— Мне было почти четырнадцать, когда мама продала меня одному из посетителей. Я вскрыла себе вены, и она побоялась делать это опять. У нас жила сестра Рэя, Пэгги, она ему позвонила, он приехал и забрал меня. Я не могла тебе об этом рассказать. Но вот теперь ты знаешь, что женат на дешевой шлюхе, которую купили за сто баксов.

Его ладонь легла ей на затылок и нежно погладила по кудрявым волосам. Наклонившись, он прижался губами к ее голове.

— Давай уедем, котеночек, далеко-далеко, уедем прямо сейчас.

— Как уедем?

— Очень просто. Я не могу здесь оставаться. Сама видишь, меня все ненавидят, меня здесь со света сживут. Я не хочу постоянно слышать о том, что я маньяк и убийца. Я не выдержу. Ты даже представить не можешь, каково это. Твоя семья меня не примет. Если я тебе нужен, если ты любишь меня так, как говоришь, поехали со мной. Поверь мне, это наш единственный шанс быть вместе.

— Но почему, Мэтт? Что нам может помешать? Что способно нас разлучить, если мы сами этого не хотим?

— Джек, например.

— Джек?

— Ты веришь ему, котеночек, и даже не знаешь, что он заставляет меня от тебя отказаться, хочет нас разлучить. После выписки из больницы я должен немедленно улететь туда, куда он скажет, и никогда не возвращаться. А если я этого не сделаю, он грозился навсегда запереть меня в сумасшедший дом, а тебе сказать, что я на самом деле больной психопат и убил этих маленьких девочек. Он даже доказательства уже подготовил — первоклассные подделки диктофонных и видеозаписей, где я якобы признаюсь в убийствах. Когда ты уехала к нему на встречу, он примчался к нам и начал угрожать мне этими кассетами. Мама поэтому и умерла, посмотрела кассету, и сердце не выдержало. И я, и ты, мы оба знаем, что Джек сильнее нас, и он вполне способен меня уничтожить, отправить в психушку или натравить на меня своих дружков — бандитов, чтобы они меня прикончили. Он серьезно настроен, Кэрол. И я его боюсь. Ты знаешь, что он со мной сделает, когда узнает, что я на тебе женился? Ты доверяешь ему. А мне ты веришь? Кому ты поверишь сейчас — мне или ему, когда он начнет тебе доказывать, что я убийца?