Куртизанка Сонника. Меч Ганнибала. Три войны

Слона приручили в далекой Индии в незапамятные времена. И в наши дни в Индии и Бирме можно увидеть слонов, терпеливо таскающих бревна и тюки, валящих лес и исполняющих другие тяжелые работы. Но слоны имели и другое применение. Правители древних государств Индии вели бесконечные войны друг с другом. Они впервые направили силу огромных животных на убийство людей. Слонов учили схватывать людей хоботом и топтать их ногами.

Александр Македонский[10] в походе в Индию встретил боевых слонов индийского царя Пора. Он убедился в том, что обладание боевыми слонами дает большие преимущества. Александр решил, что в задуманном им походе на запад примут участие боевые слоны. Но поход не состоялся. Александр вскоре после возвращения из Индия умер. Его огромная держава распалась на ряд государств. Один из властителей Сирии — Селевк I приобрел в Индии стадо в пятьсот слонов.

Владетели других государств, возникших на развалинах державы Александра, не желали отставать от Селевка. Царь Египта Птолемей II, владения которого доходили почти до Индии, решил приручить африканских слонов. Для этого на западном берегу Аравийского залива (ныне Красное море) был построен город Птолемаида Охотничья. В его окрестностях вылавливали слонов, обучали их, а затем на барках доставляли В' Египет.

Слоны, начиная с III в. до н. э., стали важнейшим родом войск. Преемник Селевка I, Антиох I, после того, как в одном из сражений одержал победу с помощью слонов, воздвиг памятник с изображением слона. Слоны имелись и в армии Карфагенской республики. В Карфагене были стойла для трехсот слонов.

Римлянам пришлось столкнуться с боевыми слонами в 280 г, до н. э., когда мечтавший о славе Александра Македонского царь Эпира Пирр высадился со своей армией на юге Италии, в Лукании. Римляне не знали этих огромных животных, но так как все в мире должно как-нибудь называться, они назвали слонов «луканскими ослами». Эти «луканские ослы» оказали огромную услугу Пирру. В сражениях под Гераклеей и Аускулом римские легионеры потерпели поражение. Но через четыре года, под Беневентом, римские стрелки уже не испытывали страха перед слонами. Напротив, они сами напугали слонов, которые повернули обратно и расстроили ряды вражеского войска. Римляне узнали, что хотя у слонов очень толстая кожа, они чувствительны к боли, копья и стрелы, даже не проникающие глубоко, могут привести слона в бешенство.

Пятнадцать лет прошло со времени битвы под Беневентом. В римском войске, стоявшем у стен Агригента, было немного воинов, сражавшихся с Пирром. Но и те римляне, которым не приходилось сражаться с боевыми слонами, уже их не боялись.

Римляне пошли в наступление. Колыхались черные и красные перья на шлемах, сверкали короткие мечи. Натиск был неодолим. Карфагенские наемники бросились бежать и заполнили пространство между слонами. Погонщики слонов, боясь раздавить своих воинов, остановили животных, и в это время туча тяжелых римских дротиков опустилась на слонов, которые заметались,' топча карфагенян.

Римляне продолжали наступать, врезаясь во вражеские ряды. Скоро нельзя было понять, где римляне, где карфагеняне. Ганнон не смог применить конницу, самую сильную часть своего войска. Отступление карфагенян сделалось всеобщим. Лишь немногие спаслись бегством в Гераклею. Римляне захватили обоз и большую часть слонов.