Миллион миров [СИ]

Одиссей оказался единственным на всём «Мусороге», кто не замер вместе с миром вокруг. Это не могло быть остановкой времени, потому что чем бы он тогда дышал? Это был контроль пространства в каком-то из высших его проявлений. Фокс застыл в напряжении, пытаясь понять, что происходит. Ему не пришлось долго гадать.

Потолок ангара потек, словно кисель, материя стала жидкой и разошлась кругами, как от удара капли о воду. Это выглядело красиво и жутко. В полной тишине сверху упала ртутная капля, ударилась о пол; по ней прошла стремительная волна деформации, и проступил пугающий облик.

Властный, угловатый негуманоид с телом, словно состоящим из множества геометрических фигур, вытянулся на три метра вверх и расширился сверху, как угловатая фигура воздушного змея. Он оформился из сверкающей жидкости, лицо оказалось посередине тела, примерно на уровне человеческой головы – оно выплыло из ртутных недр на поверхность и затвердело. Зловещая маска, подобная ликам древних ацтекских богов. По всему телу, по всем неровным трапециям, пирамидам, ромбам, из которых состояло существо, расходились грубые и странные асимметричные узоры, словно эхо крика, в котором застыл его лик.

Одиссея прошиб пот, когда он понял, кто перед ним.

Ты можешь быть пятисотлетним странником, но вряд ли кто-то из твоей юной и крошечной расы лично встречался с мордиал. Перед Фоксом стоял один из Основателей, наследник Древних, хозяин Великой Сети. Эта раса возвысилась, когда люди ещё копошились в грязи, превращаясь из полуразумных в первобытных. Эта раса угасла до того, как предки Одиссея вышли в космос. Но затем вернулась и с тех пор была у власти, не правя; стояла у истоков, не перекрывая реки.

Мордиал крайне редко появлялись где бы то ни было лично. За них всегда действовали младшие расы, выбранные ими и вошедшие в состав Основателей. Тем знаменательнее было встретить одного из них. Ртутное лицо исказилось, внутри него всклокотало сверкающее жидкое вещество.

– Вернувший врата. Спасший Рансиль. Исполнивший прошлое, – немного пугающим, бурлящим тембром произнес мордиал.

– Привет, – тихо ответил детектив.

– Основатели видят твой дар. Ты сохранил врата в настоящем, это мелкое. Крупное: ты помог становлению врат в прошлом. Я сформировался, чтобы ответить тебе.

Выходит, ради этого визита мордиал принял твёрдую форму, из жидкого и плавного стал угловатым и узорным, почти симметричным. Одиссей вдруг понял, что для пластичного и всегда подвижного существа быть чем-то угловатым и гранёным – мучительно. Тем не менее, Основатель держал себя в чётких формах, противных его существу. Сейчас он напоминал октаэдр с увеличенным верхом, состоящий из множества подрагивающих и медленно изменяющихся геометрических фигур.

Чтобы удерживать себя таким, Основателю требовались значительные усилия. Зачем же он так делал?

– Боль за боль. Долг должен быть отдан, – словно прочитав мысли человека, тут же ответило существо. – Равновесие должно течь во все стороны.