Электронная книга - «Кровавая Химе (СИ)». Краткое содержание книги:
Нао какое-то время просто валялась на земле, чакра продолжала окутывать её тело, и лишь Цунаде с ужасом заметила, что эта девушка поглощает чакру Шинигами! Когда Нао лечили, она поглощала чакру, но… Бог смерти ведь не мог лечить её? Почему Узумаки так легко пожирала чакру этого существа? Спустя минут десять, когда уже и четыре хокаге в сопровождении команды Саске поднялись наверх, чувствуя жуткую ауру, это не только Ки Шинигами, но и чья-то ещё, лишь Тобирама и Хаширама узнали это.
Жажда крови окутала тело Узумаки, сгущая тёмные краски над её телом, пока бог смерти не начал двигаться — девушка поднялась. Нао пропустила смешок, один, второй, а после залилась громким смехом, схватившись за живот. Её окутала жажда крови, сознание слегка помутнело, что было нормальным для того, что она сделала, ведь маска бога смерти вам не простая шутка.
— Это… — ониксовые глаза Учиха распахнулись, он узнал в этой девушке свою подругу. — Нао?
— Да. — кивнул Хаширама серьёзно смотря на смеющуюся девушку, которая вдруг застыла, словно думая о чём-то.
— Шинигами, — её голос раздался резко, слегка напряжённо и раздражённо, — я понимаю всё, но ты уж извиняй, тебане. — ухмылка появилась на её лице, а Минато распахнул глаза, это действительно была его дочь!
В подсознании девушка перекинулась парой фраз с богом смерти, который раздражённо отметил, что она торопится на тот свет и защищать ему вечно приходится её душу. Нао поблагодарила его, а после выслушала ещё пару «ласковых» слов, заканчивая слушать его бред и говоря лишь то, что воспользуется его силой совсем чуть-чуть.
Янтарные глаза широко распахнулись, когда Шинигами начал впитываться обратно в маску, с удивлением, Орочимару обнаружил, что она вполне способна контролировать эту маску… Нао фыркнула, разимая шею и руки.
— Я прямо сейчас убью его, даттебане! — злоба отразилась в её голосе, девушка сжала руку в кулак, поднимая её перед собой.
— Нао… — Цунаде ошарашенно смотрела на неожиданно возрождённую, словно феникс, Узумаки. — Ты чёртова идиотка?! Какого чёрта ты пользовалась чакрой?!
— А, мне нужно было спасти Дару-куна. — девушка слегка напряжённо коснулась шеи, осознавая то, что успела сотворить под воздействием печати ненависти. — Ну, я натворила достаточно, давайте убьём их всех и будем продавать на рынке! — светясь от счастья, что сможет наконец отомстить Алое Вера, хлопнула в ладоши красноволосая.
— Нао.
— О, Саске, — Узумаки отвела взгляд, встречаясь взглядом с другим знакомым лицом, — о, Орочимару, — Нао вновь посмотрела в сторону, сглатывая слюну и видя перед собой ещё пару знакомых лиц, — о, Хаширама и Тобирама, а что вы все тут делаете, даттебане? — нервно улыбаясь спросила Узумаки, пока не столкнулась со взглядом голубых глаз… Она замерла, ведь узнала этого человека с первого взгляда, а вот узнал ли он её? Нао была не уверена, потому тут же отвернулась, причём очень заметно для глаз каждого, словно ребёнок, который что-то сотворил и пытался скрыть вину, она отводила взгляд от Минато.
— Узумаки, что с тобой случилось? — подняв одну бровь, спросил Учиха, скрещивая руки на груди, он заметил её слегка детское поведение.
— Не важно, я сама разберусь, помоги отото, у тебя вон, много шиноби, а там Дара-кун и Ита-кун, в общем, всё, что тебе нужно там. — с улыбкой девушка махнула рукой ему на прощания, в её руке появился кунай странной формы, который Минато сразу узнал, вздохнув, мужчина вдруг заговорил с ней:
— Мари, нет, мне лучше будет называть тебя Нао? — с улыбкой спросил блондин, заставляя Узумаки слегка смутиться и отвести взгляд.
— Лучше Нао, то-сан. — ответила на его вопрос девушка, её голос звучал несколько неловко. Хаширама и Тобирама замерли, это отец той самой Узумаки Нао? Какого чёрта?!
— Нао, давай поговорим недолго, хорошо? — Минато подозвал дочь к себе, чувствуя такое волнение внутри, как и Нао, девушка ему лишь кивнула.
Отец и дочь отошли в сторону, оставляя всех со своими мыслями. Нао краем глаза посматривала на отца, да, она также испытывала невероятные чувства с ним, как и с ка-чан! Эти двое… ей было стыдно за себя, если они узнают, что она сотворила, то разозлятся? Она ведь должна была защищать деревню ценой своей жизни, так ведь? И отото тоже…
— Прости. — Нао склонилась в поклоне, заставляя отца с удивлением и шоком смотреть на её макушку. — Я пошла по своему пути и не заботилась должным образом о деревне и отото, тебане! — Узумаки почувствовала, как слёзы скапливаются в глазах, вдруг, она с удивлением почувствовала тепло на своей голове, поднимая голову и замечая тёплую улыбку то-сана.
Минато конечно был поражён действиями дочери, но её поведение говорило о том, что она не ненавидела их… Это облегчило душу мужчины, заставляя его сердце успокоиться и с радостью подумать о том, какая у них прекрасная дочь выросла… Наруто не зря так хорошо отзывался о ней, ведь Мари действительно была очень хорошей сестрой, раз чувствовала свою ответственность за него.
— Нао, — Минато почувствовал боль в районе груди, потому что его дочь говорила странные вещи, которые не должны были её волновать, — какой бы путь ты не выбрала, что бы ты не сделала, мы с мамой всегда будем любить и верить в тебя, потому что ты наша дочь. — замечая, как в прорезях маски расширяются янтарные глаза, Минато улыбнулся, потому что наконец почувствовал, что смог хоть что-то сделать для своих детей.
Намикадзе вздохнул, притягивая дочь в отцовские объятия и говоря ей, что она выросла очень хорошей куноичи и действительно стала лучшей сестрой для Наруто, а также невероятным ребёнком для них с Кушиной. Минато вдруг понял, что его дочь очень нуждалась в поддержке с их стороны, ему было очень жаль, что ни он, ни Кушина не смогли дать этой поддержки в достаточном количестве. Услышав всхлип с её стороны, Минато на секунду растерялся, но позволил выплакаться. Вскоре Узумаки успокоилась, говоря уверенным голосом:
— Теперь я знаю, что мне делать, то-чан, даттебане! — эти слова вызвали облегчение на душе блондина, который отметил схожесть дочери с Кушиной, они очень похожи, хотя… Характер Нао был более спокойным нежели у неё. — То-чан, ты… — Нао отвела взгляд в сторону, произнося свой вопрос, — правда веришь в меня?
— Конечно! — Минато тепло улыбнулся, вновь положив руку ей на голову. — Потому что ты моя единственная и любимая дочь.
Нао вдруг почувствовала облегчение и вспомнила, что ка-чан и то-чан были действительно лучшей парой, нежели она с Дарой-куном. Узумаки подняла кулак и уверено произнесла:
— Я сделаю всё, чтобы мои отношения с Дарой-куном были такими же, как у вас с ка-чан, тебане! — Минато замер, его лицо было непроницаемым, а глаза потемнели.
— Кто такой этот Дара-кун? — с натянутой улыбкой спросил Намикадзе, потому что не помнил, чтобы его сын рассказывал об этом. Да и внутреннее переживание за дочь было намного больше почему-то…
— А, Учиха Мадара, я его люблю. — с улыбкой произнесла Узумаки, не подозревая, какую бурю в душе отца вызвала.
— «Он же старик, дочь, как ты вообще умудрилась влюбиться в него?!» — хоть и на лице блондина и продолжала быть подозрительно натянутая улыбка, он думал о том, что это ничерта не хорошо, от слова вообще! — «Ему уже столетие должно было стукнуть, тебе ведь всего семнадцать…» — внутри Минато просто плакал от горя, желая разнести всё в прух и прах.
Вскоре девушка передумала в одиночку идти и искать Куро Зецу, решив сначала заняться проблемами с Колючкой, а потом уже вместе разобраться с этим бездарем Зецу, который рискнул навредить ей! Шинигами конечно разок помог, но вряд ли будут ещё шансы, потом он может уже просто забрать её душу в упокоение клана… Потому Нао должна быть достаточно осторожной, чтобы не попасть в бездну собственного сознания. Вместе с Мадарой она сможет свернуть горы, потому… Нао решила для себя поставить все их проблемы с Учиха на первое место, потому что… Он стал тем, кому она причинила слишком много боли от своего детского поведения, даже при всей её любви.