Записки начинающего феодала

— Определённо, сеньор Пуэбло, — кивнул Клавдий Рамон. — Но, к сожалению, не прямо сейчас. Сейчас же я готов лично заняться допросом сеньора судовладельца Лопеса.

— Этого — в казематы, — кивнул я палачам на рыдающего следака, — того — в колодки!

— Да, с-сеньор! — выдавил, заикаясь, второй из помощников убиенного.

— И позовите кого-нибудь труп прибрать.

— Вы не можете! Не имеете права! Я ничего не сделал! — начал орать Лопес, хорошо, что у него были скованы сзади руки, ибо мои парни подошли и взяли сеньора под мышки, пока палачи расстегнули колодки с бывшим инквизитором.

— Сеньор судовладелец, даю вам шанс избежать позора. Я не эльф, и не практикую эльфийскую любовь, но, как видите, поимею по-эльфийски с огромным удовольствием. После чего об этом узнает весь город, — предупредил я.

Тут у меня накладка попаданца — ТАКОЕ тут не позорно. Ибо собственно полового контакта не было. Была пытка, а это другое. Говномесов здесь не любят, презирают, но раздраконить задницу во время пытки не то же самое, что во время эльфийской любви. Так что угроза тухлая… Но тем не менее, дамоклов меч пытки сам по себе тот ещё ужас.

Через час выяснилось, что сеньор Лопес был не при делах. При делах, но не моих. Сотрудничать со следствием он отказался, а после честно держался под «паяльником» почти до покраснения железа. Что у него там в очке — не хочу думать, но я ж ему честно предлагал сотрудничество!

Секст Клавдий Рамон накинулся на сеньора как коршун, я понял, они из разных партий, противоборствующих, и у Клавдия зуб на «крышу» Лопеса. Наверное потому судовладелец и не пошёл на контакт, знал, что может последовать пытка хуже паяльника. Тем не менее, в итоге поплыл и нарассказал на три вышки моего мира. Как его накажут здесь — не важно, может даже откупится… Если выживет из-за задницы. Контрабанда, в том числе торговля людьми (нет, не из моего графства, местные доходяги, либо из Центральных регионов похищенные), уход от таможенных пошлин в особо крупных… Короче, не просто так корабль сеньора отбыл, как только запахло непонятками. В этот раз на борту также был неучтённый груз, правда не запрещённый, но совершенно точно не украденный. С татями с моего севера контактов не имел — его бизнес и без того процветает.

— Пуэбло, они этого так не оставят, — покачал мне головой Клавдий Рамон после пары минут молчания. Мы стояли на улице, у входа в здание тюрьмы, и «курили». Сигарет тут не придумали (слава богу), просто стояли и… Щёлкали орешки. Лесные. Сеньор инквизитор угостил. Сказал, после допросов помогают прийти в равновесие. Я попробовал — и правда, хорошо зашли. Особенно с учётом расхода сил на магию.

— Мой как бы подчинённый — бог с ним, пешка, — продолжил он. — А вот одного из своих, а ты сам понял, кто такой Лопес, тебе не простят. Особенно если он сдохнет.