Советская Россия, Аравия и Персидский залив. Документированные страницы истории
- Автор: Сенченко Игорь Петрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-304-2
- Жанр: История
Электронная книга - «Советская Россия, Аравия и Персидский залив. Документированные страницы истории». Краткое содержание книги:
В книге содержится солидный массив документов из «аравийских досье» отечественных архивов. Основываясь на почерпнутых из них сведениях и сохранившихся во времени увлекательных воспоминаниях участников процесса выстраивания взаимоотношений Советского Союза со странами Аравийского полуострова, книга расскажет читателю о «торговых экспедициях» Советской России в земли «Острова арабов», о ее первых там дипломатических постах и о советских дипломатах-первопроходцах в Аравии.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
В «ремесловых рядах» кожевенники шили сандалии, патронташи и пояса для кинжалов. Базар заканчивался воротами, выходившими на площадь, усыпанную кофейнями. Всегда наполненные народом, они считались лучшим местом для отдыха и деловых встреч. Там, за чашечкой кишра, потягивая наргиле, часами просиживали и горожане, и заезжие гости. Время от времени заглядывали туда музыканты. Устраивал представления старик-заклинатель змей, «местная знаменитость». «Стайками», то и дело, проносились мимо «нагие ребятишки». На шее каждого из них имелся кожаный ремешок с голубой бусинкой – талисманом от сглаза.
За городской чертой располагались кузницы, где «остатки рельс» строившейся когда-то французами железной дороги, но так и недостроенной, как рассказывает В. Шнейдеров, – пускались мастерами на изготовление гвоздей, кинжалов и ножей.
На берегу моря стояли сооружаемые и ремонтируемые парусники – самбуки. Здесь же дымились печи, в которых «выломленные в море коралловые рифы превращали в известь».
Пресной воды в городе не хватало. Ее доставляли из колодцев, что «километрах в трех от Ходейды». Стоила она недешево и потому использовали ее экономно. Проживавшие в Ходейде европейцы, в том числе и сотрудники «Востгосторга», брали питьевую воду на заходивших в порт пароходах.
Нравы в городе царили строгие. Женщин, пойманных на занятии проституцией, и мужчин, уличенных в употреблении алкоголя, нещадно пороли, притом публично, на самой людной площади города – базарной.
Погода в Ходейде круглый год стояла жаркая. Не приносили облегчения и ночи. Они «насылали на жителей города», отдыхавших на крышах домов, «мириады комаров и стаи летучих мышей».
Зажиточное население Ходейды, представленное купцами, чиновниками и офицерами, жительствовало в «квартале знати», у моря, в глинобитных домах в три и четыре этажа, «окруженных со всех сторон, как крепости, мощными стенами».
В окрестностях города, в соломенных хижинах, ютилась беднота: рыбаки и портовые грузчики (хаммалы). Последние из них, хаммалы, являлись потомками рабов-африканцев, суданцев и абиссинцев, завезенных в Аравию работорговцами. Смешавшись с арабами, они образовали «особую расу метисов», из которой и набирали хаммалов. Почти голые, «прикрытые только куском ткани, обернутым вокруг бедер», в белых вязаных шапочках, они «вереницами передвигались» по порту, «перетаскивая на себе огромные тюки». Получали за 12 часов работы, в удачный, заметим, день, 60–70 копеек в пересчете на наши деньги, что «едва позволяло им сводить концы с концами». За каждую ходку с грузом – от пристани до склада – хозяйские приказчики, «с мешками медных денег» у ног, прятавшиеся от солнца под навесами, выплачивали проходившему мимо них хаммалу (с грузом на спине) по 2–3 копейки. Тот из них, у кого руки были заняты, «брал монету в рот, закладывая ее за щеку языком». Хаммалы представляли собой одну из низших каст среди местных жителей; и поэтому носить оружие им запрещалось.
Помимо артели хаммалов, имелись также артели плотников, водовозов, лодочников, дубильщиков, рыбаков, работниц и работников кофейных факторий, то есть сортировщиц кофейных зерен и тех, кто очищал эти зерна от шелухи. Во главе каждого цеха стоял выборный старшина. Цехом сортировщиц управляла «отвратительная», по выражению В. Шнейдерова, негритянка – «развратница, наркоманка и сводница».
Промышленности, как таковой, в Ходейде в 1929 г. не существовало, как, впрочем, и машинного производства. Кустарным способом мастерицы ткали в своих жилищах цветные паласы, а «женщины-кофейницы», как их называет наш кинематографист, вручную сортировали зерна кофе. На окраине Ходейды изредка «попыхивала маленькая мельница», приводимая в действие керосиновым моторчиком. Автомобилей в городе насчитывалось только три. Два из них, «ломаных-переломаных», принадлежали принцу, а третий – торговцам-итальянцам. По особо торжественным случаям автомобили принца приводили в порядок; но по прошествии какого-то времени они опять выходили из строя.
Побывали кинематографисты и на «кофейных факториях» Ходейды. Самые крупные из них, по рассказам В. Шнейдерова, принадлежали тогда фирме «Братья Ливрато», экспортировавшей йеменский кофе во все страны миры, а также шейху ‘Умару, родственнику правителя Йеменского Королевства, «владельцу нескольких лучших домов в Ходейде». Двор этой крупнейшей кофейной фактории представлял собой некое плато с «горами из кофейных зерен». Кофе привозили туда прямо из мест его сбора, в зеленой кожуре. Зерна от нее очищали с помощью огромных каменных жерновов. Профессия «чистильщиков кофейных зерен» считалась высокооплачиваемой; зарабатывали они – в пересчете на русские деньги – до 80 копеек в день.