Стаи. Книга 1

Пустой кольцевой коридор привёл его в башню Клана Воздуха, в которой на четвёртом этаже располагалась его комната. В этом уютном жилище Ольга сидела прямо на ковре, держа на коленях ноутбук. Экран выхватывал из полумрака притушенного освещения черты её лица, и Элан на минуту замер, любуясь безупречной красотой. Она не меняла причёски, следуя единожды выбранной, не пользовалась косметикой, не красила волосы, но насмотреться на неё было невозможно. Верная своим привычкам, девушка-киборг умудрялась не приедаться, пленив однажды своей естественной красотой, не отпускала теперь из силков его сердце, да он и не хотел никакой свободы. Никто на свете не смог бы так подобрать угол зрения, сочетание тьмы, скрадывающей интерьер комнаты, и мягкого света, что таинственной аурой обволакивал богиню электронного мира.

Иригойкойя быстро научился в такие мгновения обрывать вечную привычку искать философский камень, не позволял разуму начать очередной сложный анализ соответствия своего безумного выбора каким-то канонам этики и морали. Он держал где-то в глубине понимание того, что естественная красота его возлюбленной искусственна, что её шаги чётко выверены холодной логикой, и направлены именно на то, чтобы поддержать огонёк в его груди. А Оля, тонко чувствуя важные, трогательные в своей сентиментальности моменты, умело вела душу своего избранника по дороге, наполненной взаимной теплотой и пониманием. С момента первого знакомства они ни разу не поссорились в серьёз, всегда мягко и тактично находя компромиссы, сглаживая острые углы.

Элан стянул с постели одеяло и, не проронив ни слова, заботливо укрыл плечи девушки, улёгся прямо на пол рядом с ней. В комнате было тепло, да и длинный ворс ковра прекрасно заменял нормальную кровать. Уронив голову на руки, он моментально провалился в сон, уловив, что Ольга гладит его волосы и тихо поёт, убаюкивая уставший разум.

Впрочем, огрызок ночи уже традиционно не приносил настоящего отдыха. Разбуженный гипоталамус не давал уйти в беспамятство, и эволэк не столько спал, сколько снова и снова прокручивал в голове необычное построение скелета Aves, причём в кошмаре его питомец выл от боли, когда кости и мышцы перестраивались по задуманной схеме. Этот жуткий крик, достигнув апогея, вырвал его из сна, когда свет наступившего утра изо всех сил пытался пробить плотную завесу штор.

Тяжело дыша и ещё не совсем ясно соображая, эволэк на четвереньках добрался до окна и, с силой отшвырнув тяжёлую ткань, распахнул створки. Вместе с потоком света в комнату ворвался и холодный осенний воздух, унося с собой ужас прошедшей ночи.