Польско-литовская интервенция в России и русское общество

Все сказанное позволяет характеризовать политику Сигизмунда III по отношению к России как непродуманную, основанную на нереальных представлениях, преследовавшую цели, недостижимые при использовании применявшихся средств и методов. Особым предметом для исследования могло бы служить выяснение того, в какой мере на выбор данной политической линии оказали влияние симпатии короля и его наиболее близких советников к абсолютизму испанского типа.

Избранная польским монархом политика (помимо того, что она была нереальной) находилась в резком противоречии с основными тенденциями развития русского общества в годы Смуты, когда все более прочно утверждалось представление, что важные политические решения могут приниматься лишь по соглашению со «всей землей» — собранием политических представителей основных «чинов» русского общества — и с его санкции. Попытки игнорировать роль «всей земли», не считаться с ее интересами закономерно привели Сигизмунда III к конфликту с русским обществом, сплотившимся для отпора его политике.

Весной 1611 г. областные и городские «миры» России вступили в переговоры между собой, достигли общей договоренности, приняли решение о совместном выступлении против главы Речи Посполитой — Сигизмунда III и сотрудничавшего с ним боярского правительства в Москве и успешно его осуществили.

Особенностью данной исторической ситуации было то, что этот всплеск активности сословных и межсословных объединений русского населения произошел не в результате осознания ими своих интересов после контактов с более развитым сословным обществом Речи Посполитой, а как их реакция на действия пытавшегося овладеть русским троном иноземного правителя, пытавшегося распоряжаться судьбами страны, игнорируя перемены, происшедшие в жизни русского общества в годы Смуты, рассматривая население России как безликую массу людей, покорно подчиняющуюся вышестоящим приказам.