Суждено выжить

Тяжелораненые стонали, просили о помощи, а легкораненые, побросав свой непосильный груз, устремились обратно по уже знакомой дороге. Я не успел еще выйти на дорогу, как сзади послышался гул моторов, в 5 метрах от меня остановились три ЗИСа, покрытые брезентом. Раздался чей-то грубый бас: «Бежим быстрее. "Катюши". После их стрельбы немец накроет». Все бросились бежать.

Я шел ускоренным шагом, так как бежать не мог, нагруженный до отказа боеприпасами и продуктами, плечи сильно болели. Прошел не более 200 метров, как от воздушной струи и странного звука невольно лег на дорогу, над моей головой промчались огненно белые снаряды. Летели правильным строем. Снова воздушное сотрясение и залп. После второго залпа я уже бежал, не чувствуя надоевшего и измучившего меня груза. Через несколько секунд послышались глухие отдаленные взрывы. "Катюши", освободившись от смертоносного груза, быстро развернулись и ушли. Через две-три минуты на их временную стоянку обрушились сотни снарядов и мин, с каждым залпом перенося огонь вслед за нами. Но "Катюши" были уже далеко, они повернули с дороги и скрылись в лесу. Несладко пришлось нашим парням, попавшим под артобстрел вместо "Катюш".

Догнавший меня сосед по строю, старший лейтенант, спросил: «Живой?» «Так точно, как видите», – ответил я. «Смело действуют», – проговорил он и улыбнулся, обнажив ровные зубы, пожелтевшие от махорки и отсутствия ухода. «Молодцы, ребята, подошли к самому передку вплотную, сделали свое дело и ушли», – хрипло проговорил впереди идущий политрук. «Да, що вы дивитесь, – пробасил сзади меня идущий младший лейтенант. – Чем ближе к передку, тем безопаснее». Он в доказательство своих слов хотел сказать что-то еще, но неуклюже вскинул руки, упал, хрипловато, уже со стоном проговорил: «Помогите, я ранен». Я только тогда обратил внимание, что пули летели над нашими головами с обеих сторон. Пулеметная очередь прошла рядом с моими ногами, пробив в нескольких местах полы длинной кавалерийской шинели. Идущий легкораненый всем объяснял, что здесь ширина коридора всего 220 метров, но скоро он будет шире, и идти будет безопаснее. Скоро мы вышли, пулеметная стрельба как бы удалилась от нас, и визга пуль уже не было слышно. Людей остановили подполковник – начальник штаба дивизии, занявшей оборону коридора, и пять штабных офицеров.

Людей не строили, а наскоро переписывали, смотрели направления и тут же направляли в распоряжение полков, от которых чуть поодаль стояли представители, они ждали пополнения вместе с боеприпасами и продуктами.

Если наши самолеты окруженной армии, находящейся в просторном мешке, ежедневно сбрасывали продукты и боеприпасы, правда, мизерное количество, то коридор смерти снабжался всем необходимым только на спинах людей. Впрочем, в коридоре смерти сильного голода не ощущалось, так как большинство бойцов и командиров не выдерживали более одних суток, отправлялись в госпиталь или зарывались в болотах на вечный покой.