Потерянные Наследники

Полуявь, полубред. Я находилась в одном из своих кошмаров, но тут я не могла проснуться. Я могла только заснуть, чтобы это прекратилось.

Вода приглушала звуки с причала, я не слышала криков и ударов, не видела, как отчаянно дрался Адриан, как свирепствовал Томас и как прагматично избивал своих врагов из прошлого Артур.

Мои уши ласкали переливы подводных течений и источников, я уже могла различать их ненавязчивые, но настойчивые просьбы: пойдем? Пойдем? Пойдем с нами? Пойдем?

Не пойдем. Чьи-то руки обхватили меня за плечи и с силой рванули наверх.

— Детка! Это я, держись за меня! Ты не ранена?! — Кричал Томас, обхватывая меня, и гребя к берегу одной рукой. Я только судорожно глотала ртом воздух, поражаясь тому, как легко и быстро он сокращал расстояние до каменных плит. Я двумя руками не могла добиться этого так быстро.

Он легко подсадил меня на каменный выступ и тут же, подтянувшись, вылез из воды сам.

— Нужно срочно согреть тебя! — Крикнул он, защищая рукой мою голову и осторожно выглядывая из-за камней туда, где по-прежнему слышались ругательства и удары кулаков.

— Я хотел сказать, вас… — Томас сказал это совсем тихо, но я все равно услышала. Адреналин и страх во всю шумели в моей голове и крови, я не могла даже понять, где и что у меня болит. Но его следующие слова превратили остальное в белый шум.

— Детка, все зависит только от тебя. Но я люблю тебя до потери пульса, и хочу, чтобы ты знала. — Томас вдохнул поглубже и сказал. — Я уже люблю нашего ребенка.

Он поднял на меня глаза, и я смотрела в них так пристально, как только могла. Иссиня-черные, сапфировые и васильковые. Для меня в них заключались морская бездна и звездное небо. Я узнала всю их палитру, научилась угадывать по ним его настроение. Было время, я кричала, что ненавижу, но как же я любила его со всей той болью, что он взвалил на свои плечи, с тем гневом и отчаянием несчастного мальчика, так и не простившего себя за гибель мамы. Он был жесток и беспощаден, как сама жизнь. Не знал оттенков, видел только черное и белое, но сумел разглядеть меня. Бросался в эмоции так отчаянно, словно все было в последний раз. Под его взглядом, пронизывающим до самых костей, я чувствовала себя способной свернуть горы и перейти в брод океан. Потому что знала, если свалится на меня каменная глыба, он ее расколет, если девятый вал вознамерится меня потопить, он станет Посейдоном и укротит его. С ним я все преодолею. Он будет двигаться за мной тенью. Мой ночной кошмар, ставший прекрасным сном.