Опустошение Баала [Warhammer 40000]

Он указал вниз, на укрывающие уровни строительные леса, которые подбирались все ближе к двойным вершинам. Аданисио был настроен более оптимистично, чем его соратники. В лице Жиллимана кропотливый мастер логистициума отыскал собрата по духу.

— Аркс Ангеликум будет совсем другим, — сказал Данте. — Он никогда еще не переживал такого сокрушительного нападения. Он уже не станет прежним.

— И наша связь с примархом стала слабее теперь, когда мы потеряли столько памяток истории, — заметил Карлаэн.

— Верно, — сказал Сендини, — но его брат явился к нам во плоти. Это честный размен.

— Он — не Великий Ангел, — возразил Корбуло.

— Но он с нами тем не менее, — сказал Карлаэн.

Данте слушал негромкую беседу братьев. Столь многие погибли. Кастигон, Раксиэтал, Зедренаэль и Сендрот пали, обороняя крепость. Бехельмор и Асанте разбились вместе с «Клинком возмездия». Пока у них не было точных цифр потерь, но Данте ожидал, что общее число выживших Кровавых Ангелов не превысит три сотни.

У других братств Крови дела обстояли куда хуже. Восемь орденов уничтожено полностью, полдюжины — едва избежали гибели, но вряд ли сумеют теперь восстановиться. Большинство прочих могли похвастаться не больше чем ротой-другой воинов, и никто не сохранил хотя бы половинную силу. Сотни военных машин, дюжины кораблей, тысячи воинов — все потеряно.

— Если разум улья в самом деле хотел стереть с лица Галактики потомков Сангвиния, он лишь самую малость не добился успеха, — сказал Данте.

— Но мы победили, — повторил Корбуло. Среди всех них он смотрел в будущее с наибольшим оптимизмом.

Крепость-монастырь приняла в своих стенах новых космодесантников. Только носящих цвета Сангвиния насчитывались тысячи, а ведь были и многие другие. Их построения перемещались в пустыне, заменив воинов, потерянных Данте в обороне Баала. Их непривычные корабли рассекали небо, их танки шли над песками на антигравитационных полях. Новые машины останутся незнакомыми совсем недолго.

— Возможно, это и к лучшему, что Аркс Ангеликум так очистили, — сказал Борджио. — Новая крепость-монастырь для нового ордена. Старые дни прошли, дни космодесанта окончены. Примарисы — вот ключ к выживанию человечества в этот ужасный век. Наступает новая эра, и наш отец-примарх не признал бы ее.

— Галактика в великой опасности, — сказал Данте. Он смотрел вверх. Днем Цикатрикс Маледиктум окрашивал небеса извилистой лентой. Ночью он затмевал все звезды. Варп-шторма прошли, но северная половина Галактики лишилась света Астрономикана. — Половине Империума грозит уничтожение, а на другой стороне разлома все не намного лучше.

— Империум-Нигилус, — сказал Асторат. — Какие ужасы ждут нас здесь? Несокрушимый крестовый поход сражался со всеми возможными врагами. Многие наши миры пали.

Карлаэн и остальные постарались сообщить Данте новости обо всем случившемся в Империуме. С тех пор как пал Криптус, прошло меньше полугода — с субъективной точки зрения Данте. За пределами Баала миновало семьдесят лет. Открытие Великого Разлома исказило само время.