Ковчег изгоев

— Похоже, наши аргументы не кажутся вам убедительными. Мы вынуждены открыть огонь из лазерных орудий. У вас тридцать секунд на размышления.

Экран исчез, и на его месте тут же засверкал в лучах Алефа «Фудзивара».

— Похоже, здесь больше ничего интересного не предвидится, — пробормотала я. — Машинное, основные маневровые двигатели. Управление со штурвала.

— Есть основные маневровые, — отозвался старший из братьев Норгов.

Я выдвинула из пульта штурвал и слегка повернула его. Огромная баркентина с изяществом гоночной маломерки вышла на широкий вираж и, развернувшись, понеслась над кипящей поверхностью звезды. «Браво, детка!» — подумала я, оценив лёгкость управления этой махиной с помощью штурвала. Да и её маневренность вызывала восторг.

— Они стреляют, — растерянно проговорил Булатов.

— Зачем? — пожала плечами я и с пульта запустила ходовые двигатели.

Промчавшись мимо звезды, мы по широкой дуге зашли на планету и устремились к коричневому шарику на средней скорости.

— Похоже, ты заманила джинна в бутылку? — подошёл ко мне Таро. — Очень умно.

— Приятно слышать такую высокую оценку от тебя, — кивнула я.

— О чём вы? — нахмурился Дакоста, подходя к нам.

— Вы же знаете, что баркентина великолепно защищена от любых нападений и воздействия любых видов оружия, — начала объяснять я. — Зачем было посылать сюда звездолёты и устраивать всю эту демонстрацию силы? Они не могли навредить нам, а мы — им. И всё же они появились здесь. Для чего?

— Что б поговорить? — неуверенно спросил он.

— Это общее правило. Звездолёты, встретившиеся в космосе, всегда передают друг другу позывные. Поскольку такие встречи редко бывают случайными, второе неписаное правило обязывает вступить в радиоконтакт, поприветствовать друг друга и выяснить, не требуется ли какая-нибудь помощь. А радиоконтакт предполагает, что оба звездолёта транслируют радиосигналы и одновременно принимают их с другой стороны.

— Я знаю, что такое радиоконтакт.

— Тогда вы должны понимать, что передать можно не только человеческую речь, но и другие звуки.

— Например, Голос… — прошептал он, поражённый внезапным озарением.

— Точно. Обычно при радиоконтакте включают полный звук на весь командный отсек. А звездолёт, как вам известно, управляется именно из этого отсека. Всё ясно?

— Но вы говорили с ним! — недоумённо воскликнул Дакоста.

— Верно, но только с ним. Едва анализатор выдал изменение параметров звука, я отключила аудиосигнал в наушниках. Я ничего не слышала, зато видела, что то, что нам передают, лучше без специальной обработки не слушать.

— Значит, вы так ничего и не услышали? — разочаровано проговорил он.

— Он что, не знает, что киберпилот ведёт запись всех переговоров? — спросил у меня Таро.

— Он специалист в другой области, — пояснила я.

— У вас есть его запись! — воскликнул Дакоста, пораженный вторым озарением.

— Точно, — подтвердила я, — но вы её не получите, по крайней мере, в единоличное пользование. Не хочу, чтоб вы проводили эксперименты на собственной персоне. Рауль, кто у нас может провести квалифицированный аудиоанализ и обработку звука до приемлемых к восприятию параметров?