Эрбат. Пленники дорог (СИ)

— У меня нет слов! — развела я руками. — Хоть скажите, отчего это Вену делается такое щедрое предложение? Должна же я ответить ему на этот вопрос, если он его задаст.

— Вену… — поморщилась Лакресса. — Фу, как примитивно! Хотя чего иного можно ожидать от простолюдинки? Но, признаю, в чем — то ты права, требуется небольшое разъяснение. Дело в том, что мне уже предложено выйти замуж за маркиза… Впрочем, его имя тебе ничего не скажет. Просто этот жених мне не очень нравится, и оттого я решила принять предложение, которое ранее мне делал граф Эрмидоре. Но так как он не отвечает на мои письма и записки, то я не исключаю, что они до него просто-напросто не доходят. Меня так сторожат! — и Лакресса снова бросила недовольный взгляд на охранников за ее плечом. — Ну, а если граф Эрмидоре все еще немного сердит на меня за то маленькое досадное приключение, которое он испытал по воле моего дядюшки, то я могу простить графу эту невольную вспышку недовольства — мужчина, что с него возьмешь!

— А, так это вы согласны его простить… Ну надо же! Не думаю, что Вен считает произошедшее с ним всего лишь досадным приключением, или небольшим недоразумением. Насколько мне известно, результате вашего предательства ему пришлось несладко…

— Кто ты такая, чтоб судить о том, чего тебе знать не дано? И не стоит раздувать историю по пустяковому поводу.

— Пустяковому?!..

— Конечно. В жизни бывает всякое, подобные недоразумения случаются у многих, а благородный человек может легко забыть об этом забавном инциденте… Впрочем, это не твоего ума дело. Можно подумать, я в чем-то должна оправдываться перед тобой! Не забывай, что ты передо мной в долгу.

— Я?!

— Конечно! Если бы не ты, не твое дерзкое и наглое желание всюду совать свой любопытный нос, то все могло бы быть иначе!.. Так что, будь любезна, употреби все имеющееся у тебя красноречие, но убеди графа принять мое предложение. Надеюсь, этим ты хоть в малой части исправишь нанесенный мне тобою же вред. Неужели сама не понимаешь таких очевидных вещей? Впрочем, куда тебе… Это ведь именно из-за твоих деревенских интриг я вынуждена пересматривать очень многое из того, чего намеревалась достичь в будущем! А внезапные перемены так неприятны, и настолько выводят из себя!.. К тому же эти изменения лично для меня сказались в худшую сторону!..

— Ну, голубушка, — развела я руками, — ну ты и… Знаешь что: поговори с Веном сама, и повтори ему все то, что сказала мне. Если, конечно, он захочет тебя видеть!

— Конечно, захочет! В том у меня нет ни малейших сомнений! Такие девушки, как я, не забываются!

— Не сомневаюсь. Он тебя век помнить будет… До самой смерти в его памяти останешься.

— Оставь свой простонародный сарказм. Меня он не задевает. А что касается графа и его возможных обид… Они быстро забудутся. Даже если не так, я сумею убедить его в этом, стоит лишь нам остаться наедине… Он поймет, что кроме меня ему никто не нужен! А остальное тебя не касается, и в дальнейшем будь любезна довольствоваться тем, что тебе выпало счастье лицезреть наяву некоторых из великих и знатных людей этого мира. Твои деревенские предки от сохи о подобной чести даже мечтать не могли

— Если дела обстоят таким образом, что Вен не хочет и не может тебя забыть, то при чем здесь я?

— Это, конечно, верх нелепости, но до меня донеслись слухи, будто в одном из разговоров граф Эрмидоре утверждал, что относится к тебе с большим уважением! — прелестная Лакресса произнесла это таким тоном, словно Вен прилюдно признался в столь постыдном грехе, о котором страшно даже подумать, не то, что произнести слух. — Ну, у каждого мужчины есть свои гадкие слабости, или дурные наклонности, с которыми приходится мириться, а неразборчивость графа в его связях с женщинами определенного сорта общеизвестна. Так вот, если у тебя хватило ловкости произвести на него нужное впечатление, то у тебя же должно хватить совести помочь мне в той малости, о которой я прошу. Хотя это звучит до странности невероятно: я, наследница одной из знатнейших семей, прошу какую-то грязную крестьянку!.. Ужас! Подобное просто в голове не укладывается! До какой низости я дошла, и все из-за!.. Опускаю то слово, которым тебя надо обозвать — мое воспитание не позволяет произнести это вслух. К твоему сведению, я просто должна приказать тебе сделать то, что мне нужно, а ты обязана выполнить мой приказ без раздумий и лишних слов! А вместо этого я отчего-то распинаюсь перед тобой… Думаю, этого достаточно и дальше продолжать не стоит…

— Пожалуй, да… Последний вопрос: почему вам не нравится нынешний жених? Это не праздное любопытство. Просто я должна знать причину, чтоб доходчиво объяснить… графу.

— Предложенный мне жених уже стар. И не столь знатен, как моя семья, или семья того же графа Эрмидоре. А мезальянс… Что может быть неприятнее для настоящего аристократа, чем неравный брак? — и красавица удалилась под надзором стражников.

— … Вот так мы с ней и побеседовали — закончила я свое повествование. — Вен, где была твоя голова, когда ты делал предложение этой надменной кошке? Конечно, это не мое дело, но советую тебе бежать от этой девицы, как от пожара! Она даже не чувствует за собой никакой вины за то, что сделала, или что хотела сделать! Понимаю теперь, почему она тебе отказала в свое время — зачем ей в мужья граф, если она рассчитывала в будущем стать королевой! Тут она грешила на мезальянс… А то, что для достижения своих интересов ей нужно было стать женой самозванца, человека невесть какого происхождения — это милашку беспокоило меньше всего, и вполне укладывалось в ее мораль! Не спорю: внешне она хорошенькая, многих очаровывает с первого взгляда, но как человек — убивает наповал! Мне, во всяком случае, милая Лакресса совершенно не понравилась! Как говорят купцы: упаковка красивая, а сам товарец — с душком!