Эффект "Федора"

- Не неси чушь! - отмахнулся он от тирады брата. - И вообще, хватит кормить меня своими угрозами и ценными советами. Сейчас главное - разговор нашего папочки с Алиной, а всё остальное - мелочи.

Виталик тихо выругался, но больше ничего говорить не стал. Хочет Тёма ломать свою жизнь - пусть хоть в щепки её искромсает. Всё-таки, правду говорят, что невозможно помочь тому, кто не желает принимать помощь. И если его младший брат так уверен в своей правоте, пусть поступает, как считает нужным. В конце концов, он же должен хоть когда-то повзрослеть?!

Артём всё больше хмурился, мрачным взглядом рассматривая маячившие впереди фигуры Али и отца. Он даже не представлял, что его родитель вдруг так внезапно решит познакомиться поближе с девушкой сына, и попросту оказался не готов к такому повороту событий.

- Надо их догнать, - выдал он, наконец.

- Ты только хуже сделаешь, - остановил его порыв Виталик. - Лучше давай мы просто будем держать их в поле зрения. На всякий случай.

Тёма хмыкнул и вновь нашёл взглядом свою девушку. Она о чём-то рассказывала своему спутнику, проводя его между экспонатами фестиваля. Семён Дмитриевич сдержано улыбался, но слушал её очень внимательно. Эх, сейчас Арт много бы отдал, чтобы слышать, о чём они говорят.

Но вопреки его опасениям, разговор их был самой обычной светской болтовнёй.

Как только Алина с Семёном Дмитриевичем отошли от остальных, глава семейства Жарковых одарил её добродушной улыбкой и совершенно будничным тоном поинтересовался, нравится ли девушке их отель. Аля ответила, что всю жизнь мечтала здесь работать… Так слово за слово и через несколько минут они общались уже совершенно свободно. Вот только Алина прекрасно видела, что его взгляд всё равно слишком внимателен и не упускает ни малейшей детали, поэтому тоже старалась выглядеть и вести себя достойно.

Она в самой дружелюбной форме поведала своему спутнику о том, как готовился фестиваль, как они в скоростном режиме собирали площадки, как ей повезло, что в команде нашёлся шикарный художник со звучным именем Фёдор, и что исключительно благодаря ему всё получилось настолько ярко и креативно. Семён Дмитриевич слушал, иногда задавал вопросы по поводу отдельных работ, и искренне наслаждался беседой. Ведь вопреки его первым выводам, девушка его сына оказалась довольно интересной собеседницей и ответственным и преданным своему делу специалистом. К сожалению, вся эта идиллия общения продолжалась ровно до тех пор, пока они ни дошли до “Ямы”…

Вот здесь Федя с Мишей явно постарались на славу, и подошли к решению вопроса со всей присущей им обоим фантазией. Работая над своим экспонатом, они действительно выкопали небольшое углубление, выложили камнем, измазали глиной и землёй, а внизу разместили крайне реалистичный рисунок, будто бы ставший продолжением провала. Он был мрачным… как и сама яма. Парень на нём выглядел бледным, осунувшимся, с тёмными кругами под глазами, зато вся его одежда являлась исключительно брендовой. На рисунке рядом с ним виднелось много окурков, пустых бутылок, всяких обёрток и использованных контрацептивов. За счёт мрачности и правильно направленного света яма казалась довольно глубокой и смотрелась очень натурально. Всё это так называемое “произведение искусства” накрывало толстое прозрачное стекло, позволяющее рассмотреть экспонат с любого ракурса. Правда, стоять на нём было немного страшновато, а у некоторых особенно впечатлительных даже возникало ощущение, что они сами падают в этот провал.