Белое Пламя
- Автор: Громов Артём
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Белое Пламя». Краткое содержание книги:
Смогут ли они помочь друг другу, когда существо, исполняющее желания, бороздит по стране?
«Я верю, что человек в своем перерождении является пред богами иным. Противоположностью себя. И только в этом случае он сможет пройти весь путь и в конце предстать настоящим перед Создателем».
— Они все вернутся домой. И Энит, и Дэйн, которого ты хочешь отыскать. Они хорошие люди.
Аделаида лишь закрыла глаза и отвернулась.
Первым на Дантея двинулся Балдавин. В ламеллярном доспехе и с двумя кинжалами он был бы угрозой для незащищенного противника, но у Дантея черные латы, подобранные у главаря разбойников. Гэльлану придется постараться, чтобы лезвием отыскать плоть. Противник попытался молниеносным рывком обеспечить себе победу, и это был его единственный шанс, пока Дантей не успел ухватиться за секиру двумя руками. Балдавин наверняка понимал, что ему не победить, тем не менее он будет драться до конца. Злость к марбеллам у него не пропала даже после перерождения, как и мужество. Удивляться тут не надо: гэльлан всю жизнь дрался с феодалами Айхардов и карательными отрядами Кастольского герцогства.
Несколько раз противник смог поцарапать латы. Дантей ответил двумя размашистыми ударами. Один из тычков чуть не попал в щель между панцирем и ручными латами. Там только вареная кожа, также взятая у Гавриила — кинжал бы легко испробовал тело. Дантей древком поломал лицо гэльлану, а когда тот упал, всадил секиру в тело.
Люди Савьоллы не стали вмешиваться, хотя они с Аделаидой действовали заодно. Из свиты Мученицы только один воин мог справиться с Дантеем.
Смуглый невысокий авелин отбросил назад чёрные волосы и надел диковинный шлем с синим конским гребнем, из-под которого, словно молнии, сверкнули яркие голубые глаза. Под изрядно повидавшим, имевшим множество царапин и следов, позолоченным доспехом, имитирующим рельефное человеческое тело, была белая хлопковая туника; наголенники и наручи носили в себе изображение льва с раскрытой пастью. Уникальные и своеобразные доспехи, которые Дантей никогда не видел, сделанные далеко на юге. Голени Мирдалиона, колени, часть бёдер и предплечья были открыты и не защищены, что позволяло ему быстро двигаться и выполнять различные манёвры. На поясе в ножнах выглядывала рукоять короткого меча, а в руках авелин держал копьё.
Крепко сжимая секиру, Дантей направился к сопернику.
Авелин кружил вокруг, словно птица, охотящаяся за добычей, делая выпады копьём, которые Дантей отбивал. Движения Мирдалиона были грациозными и лёгкими, напоминавшими танец. Воин искал слабые места, следил за глазами Дантея, за движениями и дыханием. И кружил.
«Я даже не буду уговаривать его сложить оружие и перестать слушаться ее. Это бесполезно. Влияние Аделаиды на них колоссальное, и они не знавали краев, по которым я прошел. На небесах ангел сопровождал меня. Там правда мне открылась».
Бывший гладиатор ткнул копьем по панцирю, оставив на изображении крыльев царапину. От секиры он без трудностей уворачивался. Авелин отстегнул и швырнул плащ, чего Дантей не ожидал, и в тот же миг Мирдалион подпрыгнул на край балюстрады — лёгкие сандалии позволяли ему творить подобные маневры — и в полете сделал молниеносный выпад копьём в плечо.
— Это тебе за мою сестру! — Перед Дантеем в тумане возникло лицо Барклая.
Копье достало до лица и прошлось по щеке и лбу.
«Ненависть марелеонца так сильна ко мне, что она будет ходить за мной до конца дней».
Подпустив противника ближе, Дантей неудачно нанес удар, а авелин, выполнив пируэт, попал прямо в щель между железными пластинами. Острая боль заглушила звучания мира. Вместо того чтобы отпрянуть назад, Дантей пошел на врага, приняв на латы два тычка. В удар локтем он вложился всем телом. Мирдалион упал, но быстро вскочил, и лезвие секиры не укусило его.
Где-то на севере слышны были раскаты грома, направлявшиеся в сторону форта.
Возникла небольшая пауза; авелин, отойдя назад, снял шлем и вытер стекавшую с рассечения на лбу кровь, мешавшую обзору, затем снова надел его. Бывший гладиатор с ещё большей скоростью начал пританцовывать вокруг Дантея, нанося жестокие удары.
— Моему сыну было всего пять! Ты запомнишь мое лицо, ублюдок! Знай, я отыщу тебя в царстве мертвых и буду терзать тебя там вечность!
«По моему приказу их вздернули на дереве рядом с сожженным поселком. Это была месть Гастону за желание защитить родные земли. А перед этим их… Нет. Не вспоминай. Ничего этим не исправишь».
— Зачем ты это делаешь? — послышался вопрос Аделаиды под лязгом железа. Дантей хотел все изменить. За отведенное ему время. Ангел, наблюдавший за ним в облаках, наверняка одобрил бы его порыв.