Драконий камень

Под ногами приятно пружинила постилка из перепревших листьев. У обочины заманчиво блестели шляпки мокрых грибов, а в ветвях шныряли упитанные птицы. Хитрая лисица осторожно показала острую мордочку и благоразумно исчезла в густых зарослях, пушистый соболь выскочил на ветку, просверлил глазками-бусинками, стремительно прыгнул на другое дерево и затерялся в зелёной листве, страшно прокричал лесной зверь, это лось заявил права на данную территорию.

Беглецам не терпелось задать старику массу вопросов, но тот шёл быстро и они за ним с трудом поспевали. На вид ему было слегка за шестьдесят, но что-то в его облике говорило, что он невероятно древний.

Катя совсем запыхалась. Она расстегнула пятнистый бушлат, лицо было мокрое от пота, но она старалась не отстать от старика.

— Дедушка куда мы идём?

— Как куда? Здесь одна дорога. Она ведёт к предгорному Скиту. На всю округу он один.

— А кто там живёт? — Катюша резко сдунула упавшие на глаза рыжие волосы, слегка отстала и вновь припустила за стариком.

— Многие там живут, — уклончиво сказал он. — Матушка всем рада кто в гости приезжает, кто навсегда решил поселиться.

— Ваша матушка? — удивилась Катя.

Старик с интересом посмотрел на девушку:

— Однако, вы точно Потопом занесённые.

— А что, действительно был потоп? — осторожно спросил Кирилл.

Старик замедлил шаг, развернулся и нахмурился из-под нависших бровей:

— Странные речи вы говорите, словно не жили здесь никогда.

Неуютно стало от его пронзительного взгляда, словно он заглянул прямо в их души, а может, так оно и было. Миша закашлялся в кулак, а Костя Сталкер покрылся красными пятнами, но Эдик, напротив, был полон восхищения. В следующую секунду старческое лицо подобрело:

— Нет, вы не враги, — неожиданно заявил он. — В то же время я не вижу вас в этом мире, словно и не родились вовсе.

— А как вас звать, дедушка? — несколько смутившись, спросил Кирилл.

— Спасом кличут, — старик улыбнулся в густую бороду.

— А отчество, какое у вас? — почтительно спросил Эдик. Кажется, он был потрясён некой догадкой.

— Просто, Спас. Сирота я. Давно меня нашла Матушка, обогрела, накормила. Затем прошёл через Огненный обряд посвящения, а сто лет назад я предсказал падение осколков разрушенной Тархом Лели на Землю и, вследствие этого, Потоп.

— Какой Лели? — не понял Костя Сталкер, пропустив сквозь уши: «сто лет назад».

Старик на некоторое время замолчал, затем, со вздохом ответил:

— Третей луны нашей благословенной Земли. Остались Фатта и Месяц. Мать Сыра Земля до сих пор успокоиться не может. Лишь у Ирийских гор благодать, а всюду хаос и разрушения. Боги оберегают эту землю, и Белая река Ирий несёт целебную воду.

— А зачем Тарх Лелю разрушил? — Кирилл внезапно вспомнил озорного мальчугана, который так хотел увидеть его в образе дракона. Сложно поверить насколько могучим он стал.

— Представители Серых, Кощеи, обосновались на ней. Хотели Землю уничтожить, как в своё время испепелили Дею. Тарх не позволил этого сделать коварным Кощеям. Они сгинули вместе с Лелей, но за свободу надо платить. Даарию скрыл Великий Потоп. Воды Лели, тот Потоп сотворили, а на Землю с небес радугой пали, ибо Леля раскололась на части, и ратью Сварожичей на Землю спустилась, — Спас погрузился в мысли, помрачнел и тихо добавил: