1415. Азенкур. Новая история

Влияние Азенкура на человека, который уже пережил одну битву в 1403 году, несмотря на серьезное ранение стрелой, и который преобразился, приняв мантию короля, было очень большим. Генрих теперь искренне верил, что он помазанник Божий. Неудивительно, что это побудило его к дальнейшим вторжениям и усилило его амбиции. Более того, он связывал свои победы со своей ролью английского короля. В специальном праздновании дня святого Иоанна Беверлийского, заказанном архиепископом Чичели в 1416 году, упоминалась "милостивая победа, дарованная милосердием Божьим англичанам в праздник святого во славу божественного имени и чести королевства Англии".[755] Заключительное представление королевского "пришествия" в Лондон 23 ноября 1415 года символизировало вступление Генриха в город Рая в качестве смиренного подданного Царя Небесного, а также его вступление в земной город в качестве гордого суверена своего народа.[756] Азенкур стал формирующим моментом как в жизни самого Генриха, так и в его королевском правлении. Психологическое воздействие было тем сильнее, учитывая его шаткое положение в момент отплытия и относительно короткий срок пребывания на троне.[757]

Хотелось бы знать, что значил Азенкур для других воинов армии Генриха, но мы можем представить себе аналогичный эффект. Битва была пугающим и в то же время захватывающим событием. Не было другого подобного опыта, другого случая, когда средневековый человек оказывался лицом к лицу со смертью в целенаправленном и коллективном действии. Армия Генриха должна была разделять его веру в божественное вмешательство, поскольку это было основой средневековой религиозной веры. Когда люди вступали в бой, они делали это с содроганием, помня о своей бренности, что символизировалось поцелуем земли. После этого можно было сражаться с врагами, поскольку они могли быть уверены, что умирают в состоянии благодати. В нашем более светском мире мы увлеклись историей о том, как английские лучники изобрели знак "V" показываемый двумя пальцами, чтобы продемонстрировать врагу после битвы, что угрозы схватить их и лишить пальцев для натягивания тетивы лука были пустыми и бесполезными. Такие угрозы действительно встречаются в рассказах хронистов о речи Генриха перед своей армией, призванной возбудить его людей до уровня ярости, необходимого для поддержания их в бою.[758] Если лучники Генриха действительно делали какой-либо знак после победы — ни в одном тексте XV века не говорится, что они это делали, и мне не удалось выяснить, кто первым стал использовать этот жест — но несомненно он должен был иметь сильный религиозный оттенок. Если в этой истории есть доля правды, то знак "V", несомненно, является обратной стороной обычного христианского знака благословения. Французы действительно были прокляты. Для них Азенкур стал "несчастным днем", днем позора и горя, от которого они оправились лишь спустя десятилетия.[759]