Лекарь-воин, или Одна душа, два тела

— Вошли действительно тихо, я и не заметил, а вот выйти отсюда живыми, попытайся вы меня схватить, смогли бы немногие, скорей всего, здесь полегли бы все ваши солдаты.

— Нас больше.

— А у меня есть весомый аргумент против вашей превосходящей численности, загляните под стол.

Ульрих заглянул, его брови поползли вверх, лицо побледнело.

— Да-да, заряда картечи из трех стволов ружей, хватило бы на всех, — улыбнулся я, — а раненых добил бы саблей.

— Вам не говорили, Васент, что вы страшный человек?

— Жизнь, вообще страшная штука, Ульрих. Я смотрю, ваш внешний вид пришел в норму. Я могу гордиться своей работой. Вы не женщина, но я на законном основании, не оскорбляя вас, могу заявить, что вы выглядите отлично! Заживление операционных шрамов произошло отменно.

— Благодарю, вашими стараниями я стал нормальным человеком. Перестал чувствовать себя ущербным, хотя и не сразу, со временем. И, скажу откровенно, перестал стесняться девушек. Да, да, да, уважаемый Васент! Вот такие дела! Я очень рад тому, что судьба свела меня с таким лекарем! Мой капитан, увидев меня, преображенного, чуть с табурета не свалился. А дальше, больше. Наши швейцарцы, участвовавшие в осаде замка Мартинсина, разнесли весть о лекаре, спасающего самых безнадежных раненых. Лейтенант Батистен — мой родственник, так он отзывался о вас только положительно. Вам удалось почти невозможное: заставить швейцарцев следить за собой и даже мыть руки перед едой. Признаюсь, я тоже перенял это, теперь пью только кипяченую воду в походе, и водные процедуры мне по душе.

— Стараюсь по мере сил сохранять жизнь и здоровье окружающих меня людей.

— Наслышан. Но не всем нравятся ваши методы.

— Извините, Ульрих, что перебиваю, вы сейчас меня посетили, как частное лицо, или вас кто-то уполномочил?

— Я состою в охране Святого Престола и Его Святейшества.

— Ого! Чем я мог заинтересовать Его Святейшество? Я обычный лекарь, коих в стране немало.

— Не скажите. За вашей деятельностью давно ведется негласный надзор, и нам известно, что смертность у вас очень низкая. Самая низкая, учитывая сложность заболеваний и травм обращающихся к вам за помощью людей. Вам удается спасать безнадежных больных, на которых иные лекари и внимания не обращают по главной причине — их компетентность ниже вашей намного.

— Отчеты в Рим пишет некий епископ Пауль, — покачал я головой.

— И не только он, у церкви много помощников.

— Ульрих, давайте начистоту. Что вы от меня хотите?

— Я обязан доставить вас в Рим.

— Меня в чем-то обвиняют? Вы меня арестуете?

— Нет, но очень влиятельные лица очень хотят с вами встретиться. Если бы вас обвиняли в ереси или еще в чем-то, тогда бы за вами приехала группа кардиналов и полусотня швейцарских солдат.