Весь Мегрэ. Том 1 [компиляция]

Взяв такси, Мегрэ поехал в заводской район. Унылые, серого цвета маленькие домики рабочих походили один на другой. Около самого завода проходила узкоколейка. На одной из улиц он свернул к дому, где когда-то жила госпожа Клейн.

— Могу я видеть госпожу Клейн? — спросил Мегрэ у женщины, моющей порог дома.

— Она умерла пять лет тому назад.

— А ее сын?

— Умер раньше ее. Он плохо кончил. Повесился.

От нее же Мегрэ узнал, что отец Клейна был штейгером, работал в угольных копях, мать его ютилась в маленькой мансарде дома, остальные комнаты дома она сдавала внаем.

— В шестое полицейское отделение, — приказал комиссар шоферу такси.

Полицейский Лагас с трудом вспомнил подробности дела.

— Лил дождь… Одежда его намокла, рыжие волосы закрывали лицо…

— Вы не припомните… Клейн был высокого роста?

— Нет, скорее маленького…

Комиссар направился в жандармерию и провел там около часа в канцелярии, пропахшей острым запахом кожи и лошадей.

— Если ему тогда было двадцать лет, то он должен был проходить военную подготовку… Вы говорите Клейн, на букву «К»?

В папке освобожденных от военной службы на тринадцатом листе значилось: «Рост 1 метр 55 сантиметров. Объем груди 80 сантиметров. Диагноз: слабые легкие».

Единственный результат утреннего похода совершенно очевидно доказал, что костюм «Б» не принадлежал Клейну.

«А все-таки есть какая-то зависимость между этими самоубийствами», — подумал Мегрэ.

Подъехав по набережной к церкви, Мегрэ принялся внимательно ее рассматривать. Она стояла на обширной земляной насыпи. По правую и по левую сторону от нее открывался вид на бульвар, застроенный многоэтажными домами такой же, как и церковь, современной архитектуры.

Проходя мимо писчебумажного магазина, Мегрэ увидел в витрине цветную фотографию старинной церкви, низенькой, коренастой, совершенно почерневшей от времени, одно крыло у нее было подперто брусьями. Около церквушки ютились низкие грязные лачуги с покосившимися стенами. Все вместе создавало впечатление средневековья.

Узенькими улочками Мегрэ наконец добрел до улицы Пот-о-Нуар с ее тошнотворным запахом. По мостовой протекал мутный мыльный ручей, берущий свое начало на расположенном неподалеку мыловаренном заводе. На порогах домов играли чумазые дети. Здесь, несмотря на солнечный день, было почти темно, яркие лучи солнца еле проникали на узкую, как трубу, улочку. На закопченых домах невозможно было разглядеть цифры номеров, и комиссару пришлось спросить, где находится дом номер семь. Ему указали на дом, со двора которого доносился шум электрической пилы и рубанка. Здесь помещалась столярная мастерская. В ее открытых настежь дверях у верстаков работали трое мужчин. На железной печурке на слабом огне тихонько кипел котелок со столярным клеем. Один из рабочих, подняв голову, вынул изо рта погасший окурок и с любопытством оглядел посетителя.