Туманная радуга. Том 2 [СИ]

Вскоре она привела старших сыновей на кухню.

— Доброе утро, папочка! — хором сказали они и присоединились к завтраку.

Оба были как две капли воды похожи на Костю. Старшего сына, которому недавно исполнилось четыре года, он назвал Павлом, в честь своего отца. Среднего, двухлетнего, Евгением, в честь деда. Самый младший сын семи месяцев отроду, который спал в своей кроватке в детской, разумеется, был назван в честь главы семьи. Костя считал, что хотя бы один ребенок в доме должен носить его имя. Тем более что Константин Младший, как и двое его братьев, был точной копией отца.

Покончив с яичницей, Костя отодвинул тарелку в сторону. Вероника тут же убрала ее в раковину и, взяв из шкафчика другую, быстро вернулась обратно, чтобы муж мог продолжить завтрак. Он кивнул ей на блюдо с блинчиками, и вскоре перед ним уже стояла наполненная тарелка. Блинчики оказались такими же удачными, как и яичница. Идеально тонкие, в меру сладкие, смазанные нужным количеством масла. Костя добавил к ним немного сгущенки с джемом и принялся за еду. Когда на тарелке остался один блинчик, он обнаружил, что его кружка с кофе опустела. Пришлось слегка постучать по кружке десертной ложечкой, чтобы привлечь внимание жены.

Услышав знакомый для себя звук, Вероника сразу бросила мыть посуду, схватила кофейник и подлила мужу еще кофе. После этого опасливо на него посмотрела. Она всегда следила, чтобы все было идеально, и муж оставался довольным. Покачав головой для вида, Костя махнул рукой, тем самым разрешив ей продолжить заниматься мытьем посуды. Ему нравилось, с каким подобострастием она на него смотрит. Костя всегда считал, что в каждой семье должны быть свои законы и порядки. Для семьи Селоустьевых законом и порядком был именно он, и никто не смел ему перечить. А если что-то все же шло не так, он мгновенно применял меры. К сожалению, даже столь дивное утро не обошлось без одной досадной оказии.

Решив напоследок испробовать сырников, Костя обнаружил, что те уже успели остыть. Это было просто недопустимо. На подобные женские промахи следовало сразу же отвечать действием, что он и сделал, взяв вилку и отшвырнув ее в сторону. Вероника аж подскочила на месте. Нужно отдать ей должное — сориентировалась она довольно быстро. Поняв, что что-то не так, она первым делом отправила детей в комнату, чтобы они не становились свидетелями конфликта. Затем, прикрыв дверь, рванула к столу и по привычке схватила кофейник, чтобы подлить кофе. Но кружка мужа была наполовину полна. Увидев это, она испуганно на него посмотрела и отставила кофейник в сторону.

— Дорогой, что-то не так?

— Более чем. Или, по-твоему, холодный завтрак — вариант нормы? — Резким движением Костя отодвинул от себя тарелку, чуть не уронив ее на пол. — На, попробуй сама, что подаешь своему мужу.

Дрожащими руками Вероника взяла вилку, отломила небольшой кусок сырника и положила в рот.

— Костя, милый, — запричитала она, — я приготовила сырники первыми и специально держала на сковороде, чтобы они подольше оставались горячими. Но когда я накрывала на стол и выложила их на тарелку, проснулись дети. Мне пришлось бросить сервировку и бежать в детскую…