Гражданская война глазами красных командиров

Согласно плану командзапа главный удар красных армий Западного фронта должен был обрушиться на 1-ю польскую армию. К 4 июля, после частичных перегруппировок, она занимала следующее положение: группа ген. Ржондковского (бригада Литовско-Белорусской дивизии и 11-я пехотная дивизия) занимала участок фронта между оз. Долгое и р. Березиной. Группа ген. Енджеевского (7-я резервная бригада и бригада 5-й пехотной дивизии) располагалась на р. Ауте. Группа ген. Желиговского (10-я пехотная дивизия) главной массой своих сил располагалась в промежутке между озерами Ельня и Жадо, а также к югу и северу от этих озер. Резервы армии располагались: бригада 1-й Литовско-Белорусской дивизии в Тумиловичах и 8-я пехотная дивизия была передвинута в м. Лужки. В ночь с 3 на 4 июля командование 1-й польской армии, убедившись в сосредоточении значительных сил красных в районе г. Диены, приступило к рокировке своих резервов и резерва фронта (17-я пехотная дивизия) в сторону своего левого фланга. 8-я пехотная дивизия направлялась из м. Лужки на с. Погост (20 км), а 17-я пехотная дивизия должна была перейти из Голубичей в с. Плисса (10 км). Таким образом оголялся от резервов центральный участок армии. В процессе этой перегруппировки 1-я польская армия была атакована главными силами 4-й и 15-й красных и частью сил 3-й красной армий.

На 90-километровом фронте возникло несколько отдельных очагов боя. Главные силы 4-й красной армии, наступавшие в промежутке между оз. Бол. Ельня и р. Зап. Двиной, обрушились на отряд полковника Савицкого (в количестве четырех батальонов, двух эскадронов и пяти батарей) и после нескольких часов упорного боя смяли его. III конный корпус красных двинулся в прорыв и начал быстро продвигаться на свенцянском направлении. Главные силы 10-й пехотной польской дивизии, атакованные только одной дивизией красных (18-й стрелковой), удерживали свою позицию. Группа ген. Енджеевского на рассвете 4 июля была атакована всей 15-й армией, была быстро смята, утратив связь с соседней справа группой ген. Ржондковского и начала откатываться на запад. Откат ее был так стремителен, что к 7 часам красные начали угрожать м. Плисса, лежавшему в 15 км за линией фронта. В то же время, развивая свой прорыв на р. Ауте в сторону группы ген. Ржондковского, части 15-й армии заставили откинуться назад ее левый фланг (11-я пехотная дивизия). К полудню 4 июля остатки группы Енджеевского пытались еще удерживаться на линии р. Мнюта; в то же время группа Ржондковского, угрожая охватом с левого фланга и сильно атакованная на правом фланге частями 15-й и 3-й красных армий, была отброшена к западу. Таким образом, уже к 9 часам 4 июля первая оборонительная линия 1-й польской армии была прорвана в центре по обе стороны железной дороги Полоцк – Молодечно и охвачена с левого фланга в промежутке между оз. Бол. Ельня и р. Березиной. Вначале ген. Жигалдович не оценил размеров поражения своей первой линии, почему и не ввел в дело своих армейских резервов. Но вернее, что он не мог установить сразу связи со своими передвигавшимися на север двумя дивизиями (17-й и 8-й). Во всяком случае, только одна из них, а именно 17-я получила его приказ (хотя и считалась во фронтовом резерве) о переходе в контратаку в направлении от Подсвилье на Прошково, что приводило к нанесению удара по голове клина вторжения 15-й армии. В силу необходимости предварительно испросить разрешение на использование 17-й пехотной дивизии, контрманевр этой дивизии развернулся лишь около 17 часов дня. В это время группы Енджеевского и Ржондковского, особенно первого, уже безнадежно откатывались назад, почему и не могли пристроиться к флангам наступающей 17-й пехотной дивизии. Ее контратака после небольшого кратковременного успеха закончилась полной неудачей. Что же касается 8-й пехотной дивизии, то одновременно с задачей, данной 17-й пехотной дивизии, ген. Жигалдович пытался задержать эту дивизию опять в районе м. Германовичи, но было уже поздно. Дивизия находилась на марше на Погост, командование армии не могло установить с ней связи в течение целого дня, и в день 4 июля эта дивизия никакого участия в боевых действиях не приняла. Бригада 1-й Литовско-Белорусской дивизии, находившаяся за правым флангом 1-й армии (группа Ржондковского), не оказала особой помощи правому флангу группы Ржондковского, ее полки вводились в контратаку пакетами по частям. Они произвели несколько разрозненных контратак, но существенного влияния на задержку наступления 3-й красной армии они не оказали. К концу дня глубина проникновения красных частей на участке 1-й польской армии достигала уже 20–15 км, так что можно считать, что уже в течение первого дня генерального сражения в Белоруссии левый фланг польских армий был разбит, и таким образом командование красным Западным фронтом достигло своей ближайшей цели. Действительно, к концу этого дня разрозненные и утратившие связь между собой и отчасти с командованием отдельные группы 1-й польской армии оказались в следующем положении: группа Ржондковского была отброшена за линию Тумиловичи – Глино. Отдельным высунувшимся вперед клином левее ее располагалась 17-я пехотная дивизия, которой удалось удержаться на фронте Прошков – Боровые. Остатки группы Енджеевского оставили линию р. Мшоты – Плисса и откатывались на запад. Группа Желиговского (10-я пехотная дивизия) отошла в сравнительном порядке на фронт Боярщина – Лужки, но была обособлена в пространстве; левый фланг группы Енджеевского (7-я резервная бригада) как управляемая единица более не существовал, а остатки отряда Савицкого откатывались на Меры. 8-я пехотная дивизия достигла наконец Погоста, т. е. находилась в 30 км позади остатков боевого фронта 1-й польской армии. Основной причиной поражения 1-й польской армии в день 4 июля явилось крайне невыгодное для нее соотношение сил. Таранная группировка на этот раз вполне оправдала себя[198].