Новый мир. Книга 4: Правда

Робер Фламини не разделял страсти своей дочери к минимализму. Прибыв в Сент-Этьен частным самолетом из Турина, где проходило совещание лидеров Альянса оппозиционных сил, сенатор занял «президентский люкс», занимающий пол-этажа в 5-звездочном отеле «Меридиан», расположенном на высотном аэростате, выполненном в серебристо-золотых цветах.

Фламини мог позволить себе эту роскошь. Перед тем как занять министерский пост, а затем стать сенатором, он был одним из ведущих архитекторов, а также старшим вице-президентом строительного гиганта «Нагано констракшн». Помимо солидного оклада, «сэнсэй» Хирохито Нагано платил своему топ-менеджеру за лояльность акциями компании. Перед тем как сесть в министерское кресло, он вынужден был, в соответствии с законом, продать свой пакет акций — и выручил за него больше 250 миллионов фунтов. Некоторые журналисты считали, что реальное его состояние значительно превышает эту цифру.

В холле фешенебельного отеля нас встретила у порога вышколенная администратор, и сразу провела к специальному прозрачному лифту — единственному, который позволял подняться в «президентский люкс». В лифт она вместе с нами не села. В лифте мы с Лаурой не говорили — наши взгляды приковала к себе панорама ночного Сент-Этьена, который лежал в тысяче футов под нами.

За дверью лифта, как и следовало ожидать, нас ждала охрана — белые мужчина и женщина, от тридцати до сорока лет, оба — в черных брючных костюмах. Хотя они выглядели достаточно прилично, чтобы не привлекать к себе внимание в людном месте, наметанным взглядом я определил, что оба опытны и неплохо подготовлены.

Судя по кивку, которому была удостоена Лаура, они были знакомы. Как и многие люди, опасающиеся за свою жизнь, Фламини, видимо, предпочитал доверенных, хорошо оплачиваемых телохранителей, которых не менял много лет.

— Прошу прощения, мэм, но нам придется подвергнуть вашего спутника проверке, — сказала женщина, обращаясь к Лауре.

— Всё в порядке, — ответил я раньше, чем она успела бы начать спорить.

Мужчина вежливо, но тщательно обыскал меня.

— Простите, сэр, но таковы правила, — произнес он по завершении.

— Прошу вас, проходите, — кивнула его напарница, закруглив неловкий момент.

В «президентском люксе», куда мы попали, было на вид никак не меньше трех тысяч квадратных футов. Панорамные окна открывали непревзойденный вид на город. Следом за Лаурой я прошел через гостиную к рабочему кабинету. В кабинете не горел верхний свет — лишь настольная лампа и переливчатое сияние от воздушного дисплея. Еще издали слышались звуки телеэфира. По мере приближении я утвердился в своей первоначальной догадке — это была запись шоу «Только правда». В красивом и просторном кабинете с дизайнерской деревянной мебелью царил первозданный порядок, показывающий, что гость отеля еще не успел здесь обжиться, а может, даже не собирался.

Робер Фламини сидел за столом, глядя на воздушный дисплей, на котором проигрывалась запись шоу. Это был человек невысокого роста (на вид примерно 5' 8") и среднего сложения, без лишнего веса, но и без признаков атлетизма. Он выглядел чуть младше своих реальных 63 лет. Но, в отличие от его бывшей супруги, это не была заслуга пластических хирургов. На гладко выбритом лице сенатора, которое виднелось в синеватом свечении дисплея, пролегло достаточно морщин, и их становилось лишь больше при просмотре этого видео. Каштановые волосы средней длинны были тронуты естественной сединой, и не подкрашены. Черты ромбовидного лица (широкие скулы и примерно равные по длине линии лба и челюсти, орлиный нос) казались интеллигентными и мягкими, хотя и с хитрецой. Близко посаженные глаза оливкового цвета были живыми и энергичными. На нем была свежевыглаженная светлая рубашка с запонками, без пиджака и без галстука. На столе перед ним стоял бокал, в котором плескался янтарного цвета напиток.