Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

Вторая струя антиматерии ударила по ней, мгновенно испаряя ее нижнюю часть. Со своего места Луара не слышала ее дикого крика, но чувствовала его кожей и разумом, недаром, они столько времени провели вместе. Азари – самые сильные биотики во Вселенной, и по ощущениям она почти стояла вместе с гибнущей подругой под струями плазмы.

Уже через несколько мгновений служба космопорта насильно заблокировала все космотранспорты, находившиеся на парковке. Отовсюду к полусожженным останкам мчались аварийные и спасательные боты, а к шлюзовому отсеку – военные и службы антитеррора. То, что осталось от ее напарницы, уже загрузили в спасательный антиграв и с сиреной умчали в реаницентр, но даже видавшие виды медики только отводили взгляд и отрицательно качали головой в ответ на все ее вопросы. Впрочем, даже наислабейший биотик смог бы прочесть эту гнетущую ауру. Кинувшись к дверям шлюза, Луара стала свидетельницей того, как несколько военных выводили вусмерть пьяного наемника, чье лицо ей показалось странно знакомым. Ощутив отголосок странно знакомой враждебной ауры, Луара готова была поклясться, что в толпе промелькнул тот самый кроган, но ее отвлек конвой, с целью проверить пилота, а когда она вновь повернулась, то уже потеряла всякий след…

… ‑ Поймите, тело вашей подруги не подлежит восстановлению! – устало отвечал саларианский врач‑реаниматолог, заполняя тонны отчетов. – Мы сделали все, что было в наших силах. Даже сверх того! Нетронутая центральная нервная система, мозг вашей подруги совершенно не затронуты, что позволяет интегрировать ее в практически любые подсистемы. Могу предложить вам такие механизмы, как “Джаггернаут” класса Альфа, Бэтта и Гамма, наступательного и защитного режима. К сожалению, мини модели вам не подойдут.

– Сколько у нас есть времени? – спросила Луара, напряженная перебиравшая все варианты. “Джаггернаут” был бы идеальным вариантом, даже при отсутствии у подруги боевых навыков. Почистили бы память, засунули боевку и делов. Вперед – на зачистку недружелюбно настроенных планет. Но что‑то не давало ей спокойно согласиться на этот вариант. Внезапно ее взгляд упал на собственный космолет, сиротливо стоявший на поле.

– Возможно ли интегрировать ее в системы звездолета? – спросила она врача.

– Вашего стандартного космолета класса “межсистемный”? Запросто! – ответил со знанием дела врач. – Но вам нужен крутой биотехник и биотик. Таковых на нашей затхлой планетке попросту нет. У вас максимум неделя до начала окисления состава, в котором содержится ваша подруга. Потом все будет кончено.

– Биотехника я достану, услуги биотика предоставлю сама, – проговорила, что‑то прикидывая Луара.

– А…? – начал было врач.

– О деньгах не беспокойтесь, – добавила она. – На всю операцию их будет более чем достаточно. Готовьтесь. Я думаю, уже через день‑два мы приступим к перерождению.

Через день на планету приземлился гоночный истребитель класса “БигРедДик Альфа икс 100500” из которого выскочил ярко одетый турианец, который сразу раскинул руки в стороны и, нелепо вереща, кинулся в сторону встречавшей его Луары. Скривившись, она тяжело вздохнула и, также заверещав, побежала навстречу, мастерски имитируя радость от встречи. Прилетевший турианец, ее старый знакомый, был гением в сфере биотехнологий, механики, генетики и прочих наук. При всем, при том, он придерживался нетрадиционной сексуальной ориентации, что не мешало ему заниматься любовью с азари. После каждого вечера, проведенного в постели с ним, Луара чувствовала себя так, словно искупалась в радиационном озере экскрементов на родной планете кроганов. Но дело того стоило. Гениальность Маузера превышала все допустимые пределы. Он мог из куска металлолома и батарейки собрать квантовый ускоритель, не вдаваясь в подробности, как именно он у него получился. Порой, просыпаясь после очередной пьянки, он недоуменно смотрел на свои произведения, пытаясь вспомнить, чем руководствовался при их создании. По всей галактике гуляла легенда, как он продал каким‑то залетным неудачникам свое очередное изобретение: дубль‑проектор. Прибор, выглядевший как обыкновенный ящик, выплевывал любое блюдо, которое только приходило на ум покупателям. Уже потом стало известно, что прибор мог воссоздать еду только с определенным наборов тех или иных ингредиентов. То есть, он не выдавал повторы и одинаковые, а также те блюда, в состав которых могли входить ингредиенты предыдущих.

Их разбившийся звездолет с оголодавшими членами экипажа, нашли в какой‑то подсистеме, когда выяснилось, что прибор сжирал всю энергию, которую мог высосать в радиусе полкилометра. Куда он ее девал и зачем, так и осталось невыясненным. Забрав экипаж, крейсер аннигилировал изобретение вместе с остатками звездолета.