Полное собрание сочинений. Том 3

Сложилось так исторически (эволюционно), что сначала ИПР ставил образы взаимоотношений, затем постепенно данный инстинкт стал относительно ослаб, в то же время усиливалась ВКС и образы как бы перешли от одного инстинкта к другому. Отсюда та же важность таких отношений, те же акценты, те же стремления (внешне), но основа уже совсем не та. Даже у более или менее развитых животных можно видеть, как на размножение оказывает влияние агрессия, т.е. ИА, а значит, уже здесь поведение во многом контролирует именно ИА. И с развитием психики ИПР действует всё меньше и меньше. Как говорилось ещё в главе «ИПР», у многих стадных животных ИПР глушится даже нормами поведения, т.е. страхом, хотя объективно (в конкретной ситуации) никаких причин для страха может и не быть. Что уж говорить о человеке, если вторичное подсознание с лихвой перекрывает даже ИА и ИБ, не говоря о ИПР. Более того, у современного западного человека этот инстинкт практически совсем перестал проявлять себя (снова см. «ИПР»).

Конечно, нельзя сказать, что ИПР во взаимоотношениях полов не участвует. ИПР – это тоже инстинкт, а значит так же есть образы, которые на него ссылаются; значит ИПР так же может один детерминировать поведение индивида; значит ИПР оказывает влияние на поведение человека и т.д. Но какова его сила? Если, например, у нормального молодого мужчины образ «женщина» имеет ссылки, в частности, на ВКС и ИПР, то при появлении этого образа, какой из этих инстинктов будет более влиять на поведение? Если такой образ появился, грубо говоря, влияние ВКС возросло во сто раз, в то время как ИПР всего в два (изначально уровень ссылок очень различен). И далее, ВКС будет повышать приоритет «своих» образов в десятки раз, а ИПР повысит приоритет, соответственно, своих образов процентов на десять (опять же, грубо говоря). И ежу понятно, от какой воли мышлении пойдёт далее.