Электронная книга - «Буфер обмена». Краткое содержание книги:
Он решил защитить меня, но цена оказалась слишком высока.
В мире перешедшем на цифровое хранение информации хакер стал разменной монетой в борьбе между двумя государствами.
Я готова пройти все испытания, лишь бы увидеть его на свободе вновь.
Но как вырвать любимого из рук врага, когда мы стали угрозой безопасности страны, когда друзья отвернулись от нас? Проще погибнуть, чем спастись… Но я буду бороться!
— Капитан Вотанин, я прошу Вас помочь несчастной девушке попасть к своему молодому человеку. Неужели в офицере отдела кибербезопасности нет ни капли сочувствия к горю влюблённых, что так надолго были разлучены несправедливыми обвинениями американцев?
— Майор, — вновь поправил Вотанин, вызвав удивление не только у Анны, но и у меня.
— Майор Вотанин, — мгновенно исправилась девушка, а затем добавила шёпотом: — Ну же Костя, не устраивай скандал, на нас смотрят сотни камер.
Костя пробежал глазами поверх голов собравшихся журналистов, что направили свои смартфоны в нашу сторону, и едва слышно выругался. Скандал только получившему новое звание майору точно был ни к чему.
— Пропустите, — нехотя отдал приказ охране Вотанин.
Раздосадованная присутствием соперницы, я поплелась вслед за Костей и Анной в лифтовую кабину. Пока лифт отсчитывал этажи, девушка кокетливым жестом поправила идеально уложенную причёску, проверила безупречный макияж и одёрнула платье, чтобы углубить декольте. К предстоящей встрече Анна подготовилась основательно. Моё же отражение смотрело опухшими от бессонницы и напряжения глазами; растрёпанные на ветру волосы, потрескавшиеся на морозе искусанные губы и совершенно непрезентабельная одёжка также не добавляли мне баллов. Я так торопилась к Диме, что даже не подумала принарядиться или нанести макияж, о чём сейчас пришлось пожалеть.
Лифт высадил нас на этаже с огромной табличкой: «Отделение патологии головного мозга и осложнений взаимодействия с компьютерными технологиями». Слово «патология» всколыхнуло во мне очередную тревожную волну, ничего хорошего в отделении «осложнений» происходить не может по определению. Надеюсь, Дима просто не полностью восстановился после отключения и сейчас ему требуется обычная реабилитация. Надежда в последнее время стала моей неотъемлемой спутницей, неизменно отравляющей разум ложным ожиданием чуда.
Проходя вслед за Костей по длинному больничному коридору, я невольно заглядывала в открытые палаты, ужасаясь представшей перед глазами картинке. То тут, то там я выхватывала взглядом прикованных к постели молодых ребят, парней и девушек с мониторами у изголовья кроватей и штативами, заполненными флаконами с лекарствами. Я столько слышала о последствиях выброса из виртуальной реальности, но ни разу не видела этого своими глазами. Чувствую, после сегодняшней экскурсии, мне ещё долго не захочется подключаться к Эпсилиону.
Наконец Вотанин остановился у двери с табличкой: «Профессор кафедры изучения воздействия нейротрансформации на центральную нервную систему человека. Доктор медицинских наук, нейрофизиолог Симановский Лев Борисович». От одного названия кафедры у меня потемнело перед глазами, а сердце побежало галопом. Тревога, зародившаяся при входе в отделение, готовилась перейти в панику.
Глава 16. Часть 4
В просторном кабинете профессора на мягком диване, закинув ногу на ногу, восседал хмурый генерал Кириллов, кивком головы ответивший на приветствие майора Вотанина. Напротив генерала в небольшом кресле сидел кругленький лысый пожилой мужчина, в нем я узнала одного из адвокатов Немова, что представлял Димины интересы в Америке. У окна вполоборота стоял среднего роста мужчина чуть старше тридцати лет, его иссиня-чёрные волосы успела тронуть седина на висках, а натянутая толстовка в области талии облегала начавший формироваться круглый живот. Макс разительно отличался от своего аватара в Эпсилионе, да и с младшим братом схожесть была отдалённая, но я знала, что не ошиблась. Столь пронзительные зелёные глаза — семейная особенность Немовых.
— Только её здесь не хватало, — пробубнил Макс, отворачиваясь к окну, и что-то мне подсказывало, говорил он не об Анне.
— А где же Димочка? — приторно-сладким голосом, от которого у меня всё перевернулось внутри, поинтересовалась пресс-секретарь.
— Дмитрий Евгеньевич проходит обследование под наблюдением профессора Симановского, — невозмутимо сообщил адвокат, предлагая нам присесть и подождать результатов врачебного осмотра.
Анна воодушевлённо приняла приглашение, располагаясь в кресле напротив адвоката, Вотанин сел рядом с генералом, вполголоса о чём-то его спрашивая, а я не могла найти себе места от волнения.
Когда ты так долго ждал, и вот цель настолько близка, что ощущается зудом по телу, последние минуты становятся невыносимы. Меня трясло изнутри в возбуждённом предвкушении встречи. Бросало то в жар, то в холод, словно кто-то играл с термостатом, до упора выкручивая ручку в разные стороны. Бесцельно я начала бродить по кабинету, шурша полиэтиленом бахил, ловя на себе недовольный взгляд Макса. Моё внимание привлекли схемы строения головного мозга, висевшие на стене. Испещрённый глубокими извилинами мозг зачем-то раскрасили в различные цвета, мелко подписав непонятными словами на латыни. И как только доктора разбираются в этих хитросплетениях нейронных связей? И можно ли вообще достоверно понять, как реагирует мозг на выброс из Сети?