Лысый герой

Арлин открыла дверь, нашла глазами узницу и сразу закрыла ее за собой. На лице принцессы еще виднелись следы недавних побоев. Охранникам башни незачем было знать о жестоком обращении с таинственной узницей. Слуга держала в руке подсвечник и небольшой поднос. Три раза в день она приносила принцессе еду и меняла её горшок. Почти каждый раз, её визит сопровождался сексуальным насилием. Этот раз не стал исключением. Слуга приказала принцессе лечь на кровать и взгромоздилась на нее сверху промежностью. Реннер порывисто дышала, оказавшись прижатой к кровати. Она лихорадочно искала под подушкой своё оружие, но никак не могла его нащупать.

— Это ищешь? — с ухмылкой спросила мучительница, показав принцессе заостренную шпильку и откинув ее в сторону двери.

Реннер сдавленно ахнула.

— А ты не так умна, как думаешь. Я слышала, как ты всю ночь елозила этим гвоздиком о каменный пол. Ты наказана, еще три дня проведешь в темноте, а теперь постарайся на славу, если не хочешь получить по своей уродливой роже.

— Когда я выйду отсюда…

Принцесса не успела договорить, как получила болезненную оплеуху. Потом еще и еще одну. Ее глаза заполнились слезами, но рыдать перед врагом, не достойно принцессы, поэтому Реннер, стиснув зубы, сдержалась.

— Когда я выйду отсюда, ты пожалеешь обо всем, что сделала, — глотнув тяжелый ком, процедила она. — Значит, мне просто нужно устроить так, чтобы ты никогда не покинула этой комнаты, — издевательским тоном сказала Арлин и, больно дернув девушку за волосы, прижала ее лицо к своей промежности.

Это была последняя капля. Реннер оскалилась и вцепилась в пах девушки зубами. Она грызла и рвала нежную плоть, как тузик тряпку. Полились реки крови. Арлин вопила, пытаясь вырваться, но Реннер вцепилась в её промежность намертво. Слуга нещадно била принцессу по голове кулаками и рвала ее волосы, но та не прекращала грызть ее кожу. Добравшись до сухожилий, Реннер перекусила связки наживую. Арлин потеряла сознание, от боли, но лишь на несколько секунд. Новая, еще более невыносимая боль вновь привела ее в чувство.

На истошные крики, к входу в комнату поспешили охранники башни. Но они не решились зайти в комнату без разрешения господина. Маркиз Рейвен строго запретил кому бы то ни было заходить внутрь, кроме личной слуги пленницы. Шокированные стражники слушали душераздирающие крики почти минуту, прежде, чем один из них отправился с сообщением к господину. Маркиз Рейвен оказался в поместье и посетил камеру спустя полчаса.