Наследие проклятой королевы

— Система, отфильтровать указанные, — произнёс профессор и начал касаться пальцами тех огоньков, что были безобидной нечистью. Огоньки под его пальцами гасли, но взамен вспыхивали новые. Когда рядом начал грохотать пистоль Винсента, а затем выть на высокой ноте заколдованный клинок Констанции, увлечённый делом проф даже не сразу это заметил.

— Есть! — прокричал он, когда одна из точек совпала по положению со зверем. — Система, анализ реакции на внешнее воздействие!

В дополненной реальности возник целый ворох графиков и схем, а проф продолжал свой вальс, позиционируя эхо колдовского удара. Но этого было мало, нужны ещё импульсы, чтоб провести аппроксимацию энергетического эха.

— Констанция, бей его магией. Больше бей! — закричал Глушков, хотя женщина стояла своём близко.

— Бесполезно! — отозвалась она в ответ, — я выдохнусь куда раньше!

— Бей часто, но малыми силами!

— А зачем? Зачем? — огрызнулась магесса, встав так, чтоб загородить Артёма от чудовища. У неё наверняка есть ещё фокусы в рукаве, но любой фокус полезен только тогда, когда для него созданы условия.

Прячущийся за их спины Винсент поднял свой арбалет и нажал на спусковую скобу

«Клац-клац-клац», — начало оружие беглый огонь.

— По глазам стреляй! Лягушонок! — рявкнула Констанция, а потом повысила голос на возницу: — Успокой скотину, дура, а то нас самих растолкает и забодает раньше зверя.

Возница обхватила бычка за шею и начала гладить и с ним говорить. Животинка же испуганно дёрнула головой, чуть не задев рогами лица хозяйки.

— Тихо, тихо, — монотонно повторяла женщина, но бычок топтался на месте, дёргаясь и пытаясь вырваться. Даже небольшой по меркам коровьего племени гончий телок был куда тяжелее возницы, и удержать его получалось с трудом. Вскоре возница, словно заправский бульдог, ухватилась пальцами за ноздри животины и потянула на себя, — Стой, дурак рогатый!

— Бей! — начал закипать профессор, а глянув на злое лицо Констанции, ухватил ту за рукав и потянул поближе: — Бей, говорю! Мы выманим заклинание на свет, как паука, которому трясут паутину!

Констанция стиснула зубы, но подчинилась. Волшебница подняла руку и начала создавать едва заметные шары и метать чахленькие молнии.

Проф вздохнул и снова сосредоточился на анализе, тем более что сейчас материал был богатый. Но при этом приходилось отключать сигнатуры всё прибывающей и прибывающей мелочи. Они уже были видны невооружённым взглядом, толпясь и залезая друг на друга в буквальном смысле. Совсем мелкие, всклоченные, со звериными мордашками и тонкими птичьими клювами и кожаными крыльями они походили на бесов со средневековых гравюр. А ещё они запрыгивали на толстых и коренастых, доходящих взрослому человеку до пояса, и смахивающих на мелких троллей. Виднелись и типичные, словно сошедшие с экрана, где крутили «Вечера на хуторе близь Диканьки» или «Вия» — со свиным пяточком, короткими рогами и длинными тонкими хвостами. И первые, и вторые, и третьи с любопытством вытягивали шеи, а когда зверю точно в нос прилетел выпущенный Винсентом болт, и гиенодон с визгом подбитой шавки отскочил назад, бесы с писклявыми криками бросились врассыпную. Но вскоре вернулись на свои места этого импровизированного цирка.