![Иван Тургенев и евреи [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/6/0/7/5/ivan-turgenev-i-evrei-litres-download.jpg)
Иван Тургенев и евреи [litres]
- Автор: Уральский Марк Леонович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-406-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Иван Тургенев и евреи [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
один из случайных посетителей <…>, принадлежащий к тогдашнему молодому поколению, упрекнул Тургенева «отсутствием направления» в его повестях; тем, что он «не проводит точно и строго определенных идей», подразумевая, разумеется, идеи, излюбленные шестидесятыми годами,
– он заявил ему в ответ, что, мол-де, не пристало:
Художнику – проводить идеи <…> его дело – образы, образное понимание и передача существующего, а не теории о будущем, не проповедь, не пропаганда[327].
Этим своим ответом, скорее всего импульсивным, недостаточно обдуманным, он выставил себя в ложном свете, поскольку воленс-ноленс подтвердил точку зрения оппонента, характеризовавшего всю его беллетристику как «чистое искусство». На самом же деле все романы Тургенева наполнены «определенными идеями», и так же, как и у Достоевского, часто писались на злобу дня. Но, как отмечалось выше, позиция «постепеновца», занятая Тургеневым в русском общественном дискурсе, раздражала настроенных на радикальные перемены в обществе критиков-«шестидесятников». Конфликт с ними привел, в частности, к разрыву Тургенева с «Современником», где отделом литературной критики заправляли неприемлющие гегелевско-шеллингианскую эстетическую традицию позитивисты:
Тургенев не признавал за <…> писаниями <корифеев петербургской передовой печати> никакой обаятельности, никакой деловитости содержания и даже никакой даровитости изложения. О статьях Добролюбова, например, он говорил, что это «желчная размазня, которая может приходиться по вкусу лишь тому, у кого нет ни вкуса, ни толку, или вкус испорчен, как у малокровной девицы, пожирающей мел и штукатурку, а толк выворочен наизнанку». Доводилось упоминать и об охлаждении его к «Современнику».
– Убежал, Иван Сергеевич! убежал! – всякий раз, что возникала о том речь, одобрительно твердил Боткин.
– И прах со своих ног отряхаю! – горячо отзывался Тургенев, прибавляя, что он не мог далее выдерживать «публицистики» «Современника», что она его «коробила» <…> – Оставаться на одном поле с их «публицистикой»? Пусть обходятся своим собственным ядом.
И на вопрос одного из собеседников того дня, будто они уж так ядовиты? – Тургенев отвечал, смеясь:
– Чернышевский – настоящий змий, но это еще простая змея: есть у них Добролюбов – тот будет очковая.
– Для полноты коллекции Петербургу не достает лишь гремучей, – заметил тот же собеседник.
– Имеется и гремучая: Писарев. Тоже ядовит, но возвещает о своем приближении[328].
Наиболее ярким примером, иллюстрирующим ожидания русской демократической общественности при появлении на свет нового литературного произведения, может служить рецепция им повести Тургенева «Вешние воды» (1872).
Название нового произведения Тургенева стало широко известно в литературных кругах задолго до его появления в печати, сразу же после того, как около 3 декабря рукопись поступила в распоряжение редактора «Вестника Европы» М.М. Стасюлевича. О том, какого рода ожидания название новой повести возбудило в читательской аудитории, свидетельствует, в частности, письмо Б.М. Маркевича к М.Н. Каткову от 5 декабря: «Кстати: Тургенев третьего дня прислал туда <в «Вестник Европы»> новое свое произведение “Вешние воды”. Раб Тургенева Павел Анненков, не читавший еще оного, впрочем, глубокомысленно говорит, что оно должно произвести большую сенсацию, так как по заглавию следует понимать, что оно изображает первые моменты движения нынешнего царствования. Побачим!».
Возможно, именно эти «обманутые» ожидания читателей отчасти послужили причиной целой череды резко отрицательных откликов в периодической печати, обрушившихся на писателя в скором времени после выхода повести в свет. Разочарование – таков лейтмотив большинства статей и фельетонов, один за другим появлявшихся на протяжении января в обеих столицах.
Первым во всеуслышание об этом заговорил В.П. Буренин, открывший 8 января свой регулярный обзор «Журналистика» в «Санкт-Петербургских ведомостях» многоговорящим подзаголовком: «Нечто о том, как публика ждала новую повесть г. Тургенева, и о самой повести “Вешние воды”». «Самая крупная литературная новость за наступивший год, – так начал он свою статью, – разумеется, повесть г. Тургенева “Вешние воды”. Об этой повести, еще до ее появления в печати, носились в обществе некоторые толки и даже слагались легенды. Многие почтенные и юные почитатели знаменитого автора возомнили, что в имеющем появиться произведении г. Тургенев скажет некоторое “слово” о последнем движении нашей жизни, изобразит какого-либо героя или героиню». По словам Буренина, «ожидания даже до того простирались, что некоторые начали поговаривать об окончательной устарелости типа Базарова и, подобно тем пустым сосудам, о которых говорит Потугин, заранее ластились к будущему роману г. Тургенева, в сладкой надежде, что из этого романа в их полую внутренность изольется живая вода какого-нибудь нового изма. Иные из таких пустых сосудов даже трепетали от мысли, каким измом окрестит их г. Тургенев. Будет ли этот изм столь же выразителен и знаменателен, как нигилизм?
327
Н.В. Щербань. Из воспоминаний о И.С. Тургеневе (1861–1875) /В [И.С.Т.-ВВСОВ. Т. 2. С. 35–36].
328
Там же С. 35.