Ииссиидиология. Основы. Том 6

В определенной степени более интересным и, пожалуй, более объективным, а главное (для удобства описания) – общепринятым в современном научном сообществе, является аспект рассмотрения памяти по признаку длительности хранения-забывания, декларирующий выделение мгновенной, кратковременной, оперативной и долговременной мнемонической составляющей. Однако не следует забывать, что сама принципиальная возможность выделения временных характеристик памяти является всего лишь данью степени развития наших систем восприятия и может быть использована как одна из эффектусностных (здесь: «результирующих») характеристик степени инерции, свойственной данным резопазонам амицирации, при этом, несомненно, в виртуальных условиях статики ФД существует только долговременная память.

Следующий вариант косвенных характеристик амицирационных перефокусировочных процессов, описанный в анонсируемом томе Основ, – это психо-биологические динамизмы, понимаемые в медицине как вопрос «клеточной памяти», в частности «памяти сердца». Впервые в ортодоксальной медицине он был поднят американской психиатрической школой в лице С. Грофа и Г. Шварца, документально доказавших, что в более 10% случаев после трансплантации таких органов, как сердце, лёгкие, печень или почки, изменяются характерологические особенности реципиента. Эти работы были продолжены У. Саймоном и П. Пирсоллом, авторами термина «энергетическая кардиология», пришедшими к выводу о том, что в основе феномена системной памяти лежит информационный взаимообмен на уровне ДНК при катализации процесса иммунодепрессантами, применяемыми при пересадках. Достаточно глубоко, с экстраполяциями из древнекитайской теории органов (Цзанфу), эта тема описана англичанином А. Д. Альберто – в российской медицине она легла в основу волновой теории Гурвича-Любищева-Гаряева.

Принципиально к вопросам так называемой «соборной памяти клеток» относятся и случаи фантомных болей, феномен стигматов и врожденных дефектов, привнесённых, по выражению детского психиатра Я. Стивенсона, собравшего достаточно большой статистический материал по данной теме, из «прошлой», а как мы понимаем, из параллельно-одновременной жизни. Вопрос памяти клетки гораздо глубже, чем память органа или части органа, используемых при трансплантации, – это еще и никак не изученные взаимодинамизмы, связанные с гемотрансфузией, и фундаментальные вопросы клеточной детерминации во время эмбриогенеза, дэ факто – это вопросы разнобирвуляртности перефокусировок и интроперефокусировочных подсхематических динамизмов, наиболее амплиативно рассматриваемые Ииссиидиологией. Для классической же медицины данной группы континуумов – это потенциальная прерогатива эпигенетики, как раз и занимающейся молекулярно-биологической информацией, хранимой клеточными структурами и передаваемой своим потомкам (дочерним клеткам) на фоне видимого отсутствия (для современных исследователей, прежде всего для ортодоксальных генетиков) данной информации в наследственном материале – в генетическом коде. При этом именно эпигенетика, примирив адептов биогенетизма с социогенетиками, обусловила прогресс в изучении такого важного для амицирационных процессов биологического элемента, как стволовые клетки, оказала влияние на геронтологию и перинатальную психологию. Таким образом, становление эпигенетической теории «Второго кода» (Первый код – это геномная последовательность), понимаемого как биологическая информационная система, работающая в ином (нестагнированном) временном масштабе, – это серьезный шаг для амплификации современной биологической науки, определённое подспорье для синергетизации, сонастройки с ииссиидиологическим подходом, в том числе и к описываемому автором 6-го тома процессу перефокусировок (амицирационных динамизмов) на базе профективного (менее искаженного) представления поведенческих особенностей микстумных Формо-Типов с помощью анатомо-нейро-физиологических модусов представления взаимосвязей различных доменов головного мозга.