Уильям Шекспир — вереница чувственных образов
- Автор: Комаров Александр Сергеевич, Alexander Sergeevich Komarov
- Серия: Переводы сонетов Шекспира #40411
- Язык: русский
- Год: Enigmatica
- ISBN: 20200802-12450000
- Переводчик: Комаров Александр Сергеевич
- Жанр: Литературоведение
Электронная книга - «Уильям Шекспир — вереница чувственных образов». Краткое содержание книги:
Сонет 127 имеет очевидную связь с Сонетом 130, стилистикой в подчёркнуто иронической форме, переходящей в сарказм о вырождении эстетического вкуса и нравов общества шекспировской эпохи в отношении естественной женской красоты, — во-первых. Очевидная связь прослеживается, но частично. Ибо, сама тема сюжета сонета 127, извечная на все времена, была злободневной и присущей для обсуждения женскому полу. При написании этого сонета, на творчество автора повлияло непосредственно мнение, той самой дамы, которой посвящена, именно она принимала непосредственное участие в издании серия сонетов «Тёмная Леди».
Серия сонетов «Dark Lady» посвящена необузданной любви, сексуальной привлекательности, ревности и необычайной красоте дамы. Первый сонет этой серии, Сонет 127, начинается с того, автор сетует на чрезмерно увлечение чёрным цветом в одежде с сарказмом подчёркивает, что чёрный является излюбленным цветом простолюдинов — «бастарда срам». Некоторые читатели начинают понимать, что «чёрный» — это нечто большее, чем просто цвет. Это может быть образом мысли, как например «чёрные мысли» или «тёмные делишки» интриганов лицемеров или людей с не благородным происхождением. Рональд Левао (Ronald Levao) предполагал семантическое отожествление с взаимозаменяемыми терминами синонимами («foul») скверный или отвратительный.
Связь между языком семантической лексики и цветом, как категории палитры необычайно важна для понимания сборника сонетов Тёмной Леди. Элизабет Харвэй поясняет: «параллель между языком и искусством была далеко не простой, и цвета риторики зависели от призрачного дискурса естественного исторического знания». Независимо от этого формировалась семантическая лексика сонетов, написанных Шекспиром. Обозначения и качества, связанные с чёрным цветом в тексте сонета, не несут нагрузку универсальных или вне временных качеств, а только являются литературным инструментом для создания контраста в сравнительных характеристиках автора сонета 127.
Ярые критики этой точки зрения приводили аргументы, связывающие так называемую «темноту» цвета леди, сопрягая с чернокожей расой, то есть по этнической принадлежности. Вызывает чувство недоумение от сравнительных характеристик и отожествления исследователей раннего современного колониализма, которые считали вполне уместным «изображение сексуальных отношений некого белого мужчины (то есть автора сонета), сексуально привлекаемого к чернокожей женщине». Вызывает чувство глубокой неприязни от того, что эта академическая версия послужила темой диссертации Элизабет Харвэй (Elizabeth Harvey). Можно выразить сожаление, что колониальное мышление автора этой публикаций не дало ни одного шанса продвинуться в изучении творчества Шекспира, наглядно показав по истечению времени свою несостоятельность, как крайне неудачной версии. Которая не выдерживающей никакой критики. Но нашедшей своё место в англоязычной Википедии, как научный труд, на который в рамках проекта сделаны неоднократные ссылки. (Harvey, Elizabeth and Schoenfeldt, Michael (editor). A Companion to Shakespeare's Sonnets. Blackwell Publishing, 2007).
Можно ли утверждать, что Уильяма Шекспира, как автора в Сонете 127 волнует вопрос несправедливости того, что любая некрасивая женщина, которую простолюдины называли «дурнушка», применив косметику может стать красавицей? — Отнюдь, нет! Интрига сонета 127 заключена именной в ироническом сарказме, характерном, именно Шекспиру. Нечто подобное мы видим в сонете 130. Однако, повествование автора сонета 130, совершенно о другой женщине. Не смотря на другую эпоху, эта тема времён Шекспира, и ныне волнует, продолжая волновать в основном женский пол! Из чего, можно сделать детерминантно заключение, соавтором Сонета 127 была женщина очень красивая, которую волновал именно этот вопрос и она, как интересант непосредственно участвовала в публикации сборника сонетов «Dark Lady», — есть «Тёмная Леди».
Сонет 127, также может быть понят читателем, как отображение первой реакции любой женщины на соперницу, уступающую по естественной природной красоте. Но использующей чрезмерно косметику для компенсации природных качеств в присвоении себе пальмы первенства первой красавицы. Читателю Сонета 127 может первоначально показаться из содержания текста, что использование косметики следует рассматривать, как некое негласное моральное преступление перед обществом. Но это не так, так как подобные негласные «правила» в обществе создают в любые времена мещане-обыватели, как акт лицемерия.
Хелен Вендлер в твоей публикации о сонете 127 отметила, — что прослеживается намёк на использование чрезмерно косметики в истории, где «черноволосая, черноглазая женщина стала доминирующей наследницей красоты». Её версия, как версия женщины заводит читателя в дебри феминизма и объясняет Сонет 127 таким образом, — что «изобретение косметики, якобы опозорило истинную красоту, позволив каждой некрасивой женщине стать красивой». (De, Grazia Margreta., and Stanley W. Wells. The Cambridge Companion to Shakespeare. Cambridge: Cambridge UP, 2001). Не могу согласиться с данной версией, потому что косметика не может «дурнушку» сделать красавицей, косметика может, лишь подчеркнуть природную красоту любой женщины.