Счастливы не только дураки. Как разобраться в людях и в себе. Механизмы поведения

5. Сотрудничество.

Обычно эти стили рассматривают как равнозначные. В смысле имеющие равные права на существование. Дескать, все зависит от конкретных обстоятельств.

Хочешь спокойно жить – приспосабливайся или уклоняйся от конфликта. Желаешь получить все, расшвыряв остальных, – конкурируй. Любопытно, что многими специалистами-конфликтологами стратегия сотрудничества характеризуется как привлекательная, но слишком хлопотная. Компромисс, например, по их мнению, куда как легче и проще.

Во всем этом стоит разобраться.

Конкурентная стилистика выражается в борьбе за ресурсы, за обладание преимуществами, как говорится, «до победного конца». Победитель получает все, а побежденному, соответственно, горе (Vae victis).

Я вспоминаю широко обсуждавшийся в свое время развод известных в России людей – социально активной бизнес-леди и влиятельного богача-политика. Казалось, что их брак – пример счастливой семьи. Однако реальность оказалась иной. Под предлогом наказания жены за неверность богач инициировал бракоразводный процесс. Мало того, он пригрозил бывшей жене, что отнимет у нее не только бизнес, построенный якобы на его деньги, но и престижный статус, если та не уступит ему их детей.

Женщина категорически отказалась оставлять детей с отцом после развода, она затеяла судебную тяжбу с авторитарным бывшим супругом. От благополучного семейного гнездышка остались руины. Горько думать, как при этом страдали их несовершеннолетние дети!

На все призывы адвокатов, знакомых, родственников и иных доброхотов к этим людям договориться, смягчить противоборствующие позиции распавшаяся чета была непреклонна – война, и только война!

И это пример конкуренции. Если кому-то покажется, что пример слишком частный и приземленный, я готов в качестве иллюстраций к конкурентному взаимодействию приводить глобальную «холодную войну», участники которой не собирались мириться, ибо принципиально не сходились в идеологических вопросах, «Варфоломеевскую ночь», когда католики истребляли гугенотов до последнего человека, научное противостояние «селекционеров» и «генетиков» в советском сельском хозяйстве… Несть числа этим примерам и иллюстрациям. Их объединяет главное: во всех подобных случаях сильный торжествует, а слабый погибает, уступая победителю все, что было дорого и важно.

Существует мнение, что конкуренция заложена в саму природу человека и настолько распространена, что сама мысль отказаться от нее утопична.

Как будто справедливое и объективное мнение. Но вот вопрос: а что делать с теми, кто проиграл? Куда девать слабых? И об этот вопрос разбивается вся кажущаяся объективность апологетики конкурентной борьбы.

Нет, правда, куда? Что делать с теми, кто, не выдержав конкуренции, оказался на обочине истории, был вытеснен из экономических отношений, потерял статус субъекта в социуме? Уничтожать физически, массово сжигать в крематориях концлагерей, изгонять за пределы ойкумены? – Но в двадцать перовом веке это, слава Богу, невозможно. Или слишком трудоемко и рискованно, чтобы приобрести массовый характер.