Парни из старшей школы [Boys of Brayshaw High - ru/litres]

– Давай, подружка. Там будет куча начинающих дилеров, которые не пожалеют для тебя травки. Она здесь не так хороша, как та, к которой ты привыкла, но дело свое делает.

Я добродушно смеюсь – Нира права. В Калифорнии выращивают отличную траву.

Я снова смотрю на Викторию.

– Похоже, сегодня ты добьешься желаемого.

Она оглядывает меня с головы до ног и морщит свой острый нос.

– Может, тебе лучше переодеться?

– Может, тебе лучше отвалить от меня?

Раздраженно фыркнув, Виктория сердито топает к краю тротуара и выглядывает на дорогу.

Я разворачиваюсь к Нире.

– Сегодня нас везет парень Виктории, так что не надо начинать раздувать дерьмо, флиртуя с ним. Нам не нужны лишние проблемы, и он все равно не станет изменять ей.

Насторожившись, я хмурюсь.

Нира отводит взгляд, и я грустно усмехаюсь.

– Ты читала мое личное дело.

Она раздумывает, не соврать ли, но потом расправляет плечи.

– Мы читаем личные дела всех новеньких. Мы должны знать, с кем нам придется жить под одной крышей.

– Значит, ты решила, что я шлюха?

– Ты дочь шлюхи, – бесцеремонно бросает Нира. – Я по собственному опыту знаю, что проблемы наших родителей быстро становятся нашими проблемами.

Я ничего не говорю: не вижу смысла. Что бы я ни сказала, это не будет иметь никакого значения.

Если ее жизнь хотя бы вполовину похожа на мою, то она тоже знает, что мы можем доверять лишь собственным глазам.

Слова других людей ни хрена не значат.

Обещания – всего лишь один из способов закончить нежелательный разговор.

А ложь заставляет наш мир вращаться.

– Ты так и пойдешь? Потому что ее парень вот-вот подъедет.

Я опускаю глаза на свои треники и черную футболку с длинными рукавами.

– Что это будет за вечеринка?

Нира широко улыбается.

– Домашняя вечеринка для избалованных придурков. Огромный позерский дом и куча проституток. Думаешь, эти идиоты из нашей школы только выглядят богатеями? Да у них столько денег, что они могли бы составить конкуренцию Беверли-Хиллз.

– Хорошо, тогда я сейчас, – говорю я и иду в дом.

Мне меньше всего хочется привлекать к себе внимание, а если Нира не лукавила и народ там действительно привык швыряться деньгами налево и направо, то они тут же заметят мои растянутые штаны. Зато в одних трусиках я сразу сольюсь с толпой.

Я прохожу мимо девчонок, играющих в гостиной, захожу в свою комнату и надеваю джинсы и белую майку, которая заканчивается как раз над животом. Поверх набрасываю фланелевую рубашку в серо-черную клетку, засовываю в задний карман немного наличных, в передний – свой складной ножик и выхожу за дверь.

Кстати, о наличных. Мне нужно снова поговорить с Басом, пока я не оказалась на мели.

Парень Виктории – он тоже учится в нашей школе – подъезжает как раз в тот момент, когда я подхожу к девчонкам.

– Привет, детка, – говорит он ей, а нам с Нирой машет рукой.

Виктория отодвигает переднее сиденье его древней двухдверки, и мы залезаем назад.

Всю дорогу я пропускаю мимо ушей их разговоры, молча размышляя над тем, сколько готова выложить за, похоже, дерьмовую травку, и одновременно запоминая названия улиц: никогда не знаешь, когда тебе придется возвращаться домой. Вдруг я понимаю, что мы останавливаемся перед вереницей машин на огромной лужайке.