Катарсис (СИ)

Планетоход мчался по дороге вдоль небольшой горной гряды, оставляя за собой шлейф из клубов рыжей пыли. Место подъема осталось далеко позади, и новые постройки встречались все реже. Окончательно приспособившись дышать с кислородной маской, Джо с интересом стал разглядывать природный ландшафт, открывающийся за тонированным окном с его стороны.

— Слушай, — обратился Джо к Антону, управлявшему планетоходом. — Если Правительство Марса активно занимается его терраформированием, то где тогда все растения? Мои знания биологии скудны и оставляют желать лучшего, но без флоры кислороду же неоткуда взяться.

— Безусловно, — отозвался Антон. — Но засадка поверхности происходит не хаотичным образом, а последовательно и на определенных территориях. Правительство организовало на Марсе сотни плантаций разного размера: от крошечных до гигантских; на них были высажены и продолжают высаживаться различные сорта растений, выведенные специально под тяжелые условия Марса.

— Хм… — протянул Джо, — Мы не можем заскочить на одну из таких? Хочется своими глазами на это посмотреть.

Антон на мгновение задумался, потом ответил:

— Недалеко от Соляриса есть несколько крупных плантаций, правда они все в другом направлении. Но практического смысла к ним ехать нет — все они огорожены по периметру, а за ограду посторонних не пускают.

— Странная секретность по отношению к простым дендрариям.

— К простым дендрариям — возможно. А если речь идет о ключевом проекте планетарного масштаба? Более того, секретность не самоцель, главная задача — обеспечить безопасность и защитить вложенные Правительством инвестиции.

— Логично, — согласился Джо.

Острый горный хребет по левую сторону закончился и планетоход подъехал к развилке. Антон крутанул руль и направил их транспорт в сторону от основной дороги. Теперь они ехали по узкому извилистому серпантину, поднимаясь все выше и выше над основным уровнем равнины. Через какое-то время, когда они выбрались на широкое плато, Антон съехал с дороги и остановился.

— Приехали.

Выйдя из кабины, Джо впервые ступил на открытый грунт Марса. По физиологическим ощущениям — ничего особенного: камни, песок да пыль; но внутри у Джо яркими красками взрывались бурный восторг и нескрываемое удовлетворение.

Антон махнул рукой в сторону, указывая направление, и Джо последовал за ним, к самому краю плоскогорья. Приблизившись к обрыву, Джо ясно понял причину, по которой Антон привел их именно в эту точку в первой для Джо вылазке на поверхность. Панорамный вид, открывающийся отсюда, был феноменален: перед глазами предстали многие километры марсианской пустынной равнины, переливающиеся тысячами оттенков рыжего цвета. Джо в жизни не доводилось видеть столько не занятого человеком и результатами человеческой деятельности пространства — на Земле, казалось, каждый клочок земли был приспособлен для работы на человека.

От простора пустоши веяло сладостным чувством свободы — свободы от горьких последствий технологического прогресса, скользкими жадными щупальцами подминающего весь окружающий мир под себя и свои нужды. Печально, что человечество при всем желании не в силах повлиять на эти стремительные эволюционные процессы — мы давным давно перестали быть машинистами собственного технологического развития и стали всего-навсего его пассажирами, смотрящими в окна на пролетающие мимо технологические революции.

Интенсивный поток воздуха, поднимающийся с равнины, прохладным прикосновением обдавал лицо в тех местах, где оно не было защищено кислородной маской, а также окончательно растрепал и без того взъерошенные волосы Джо. Вдалеке, в нескольких киллометрах от их вершины, Джо заметил необычную блестящую полоску, странным образом выделяющуюся на фоне остального пейзажа. Антон проследил за изучающим взглядом Джо:

— Глаза тебя не обманывают, — произнес Антон спокойным голосом. — Это озеро Монте.