Пехота Сталина в «Зимней войне». Обойти «Линию Маннергейма»
- Автор: Бирюк Сергей
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-00155-164-5
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Пехота Сталина в «Зимней войне». Обойти «Линию Маннергейма»». Краткое содержание книги:
НОВАЯ КНИГА от автора бестселлера «Март 1944. Битва за Псков» впервые развенчивает один из главных мифов Советско-финской войны – прочно укоренившееся в массовом сознании представление о том, что бои шли только на «ЛИНИИ МАННЕРГЕЙМА». Советская пропаганда сделала «Линию» непреодолимой, и возникал закономерный вопрос: почему красноармейцы просто не обошли финские укрепления? На самом же деле, такие попытки неоднократно предпринимались советским командованием. Действия Красной Армии при обходе «Линии Маннергейма», детально восстановленные на основе архивных материалов, подробно рассматриваются в этой книге на примере 43-й, 56-й, 75-й, 155-й стрелковых и 25-й мото-кавалерийской дивизий (56я и 75-я стрелковые дивизии с их артиллерией были лучшими боевыми частями 8-й армии, а 25-я мото-кавалерийская дивизия считалась геройской). Тщательный анализ документов позволил автору окончательно ответить на вопрос о том почему, несмотря на все затраченные поистине титанические усилия, обернулась не только крахом, но и значительными потерями попытка советских войск обойти «Линию Маннергейма».
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Мы решили так: с одного фланга дали огонь артиллерии, по высоте тоже дали огонь артиллерии. Слева наступал соседний полк, артиллерийский огонь влево давать было нельзя. Поэтому приходилось приспосабливать минометы, пристреляли их по правому флангу противника и таким образом окаймили высоту с трех сторон. Но этого было мало, потому что когда мы кончили артиллерийскую подготовку, бойцы находились в 150 м от переднего края и противник мог опять занять высоту и открыть автоматический огонь по нашим частям.
Я приказал поставить 16 орудий для стрельбы прямой наводкой, 6 орудий полковых, 6 орудий ПТО и 4 ПТД. Все они были установлены на заранее приготовленные места и тщательно замаскированы. Было приказано, что во время артиллерийской подготовки эти орудия не должны делать ни одного выстрела с тем, чтобы противник их не обнаружил. Установил общий сигнал. Причем каждому командиру орудия поставил задачу: «Вот тебе 25 м или 30 м по фронту на самом гребне высоты, как только будет сигнал – открывай огонь в этом секторе». Орудия прекрасные, и на расстоянии 400–500 м они могли стрелять точно. Я решил сопровождать свою пехоту на оставшиеся 100–150 м огнем прямой наводкой. После чего мы начали проводить артиллерийскую подготовку. Когда артиллерийская подготовка была закончена, был дан сигнал, по этому сигналу орудия открыли огонь по гребню. У противника, по-видимому, создалось впечатление, что артиллерийская подготовка не закончена. Они не полезли на высоту, а наша пехота подошла буквально на 40 м к гребню высоты. Как только по сигналу был прекращен огонь прямой наводкой, противник полез на высоту, а в это время на высоте была уже наша пехота и установила красный флаг, высота была занята. При таком взаимодействии бойцы прекрасно действовали, причем один идет, а второму машет рукой – давай сюда. Мы сами смотрели, как шла атака. Чтобы лучше руководить, надо руководителю самому быть поближе и наблюдать, иначе трудно управлять ходом боя. Поэтому ночью я приказал в 450–500 м от переднего края противника организовать наблюдательный пункт, чтобы видеть самому ход боя. Мы с артиллерийским начальником майором Зайцевым наблюдали и вместе переживали. Я с ним советовался по вопросам артиллерии, говорил, что мне нужно, а он у меня спрашивал, какие цели еще потребуется поразить. Таких артиллеристов нужно иметь как можно больше, правда, это не единичный артиллерист, их у нас много. Таких артиллеристов нужно больше.
Штурм высоты проходил так. У меня в 37-м стрелковом полку было всего два батальона, но люди испытанные. В резерве был лыжный эскадрон из добровольцев, они были не обучены, стрелять не умели, я не решался взять их в бой, не хотел взять их в бой, так как люди могли погибнуть без пользы, люди нужны были, а от этих добровольцев никакого результата не было бы. Я собрал у себя химический взвод, транспортную роту, комендантский взвод, организовал роту в 250 человек. Сказал, что это мой резерв, вместе со мной пойдете в бой. Начальника для этой роты я не мог назначить, так как они были разных подразделений, а со мной они в бой пойдут. Поэтому с комиссаром решили, если потребуется, сами поведем резерв в бой. Впоследствии резерв потребовался, и, так как эти бойцы были обучены, они задачу выполнили» [7].
В ночь на 12 марта части дивизии, под сильным огнем противника продолжая отражать контратаки, были сменены 87-й стрелковой дивизией комбрига Ф.Н. Матыкина [3, л. 6].
На месте осталась и перешла в распоряжение 87-й дивизии вся дивизионная артиллерия 56-й дивизии, 10-я минометная рота и все средства связи. Остальные части 56-й дивизии перешли в армейский резерв [3, л. 39].
Утром 12 марта 87-я стрелковая дивизион перешла в наступление силами 16-го и 283-го стрелковых полков. Продвижение в течение дня составило 300 метров. В полдень командир 12-й пехотной дивизии Свенсон решил оставить рубеж обороны Коллаа. Южней оз. Суован-Ярви приступили к оборудованию промежуточного рубежа. Однако командование перебросило свежие силы. Вечером Свенсон отказался от плана отхода, решив начать контрнаступление для восстановление оборонительного рубежа. Утром 13 марта, появились сведения о возможном мире, наступление было отложено. Подтверждение о прекращении огня было получено в первой половине дня, контрнаступление было отменено [5, с. 221–223].