Цап-царап, или Оборотни для Маши

- Не такие. Да ты и так прекрасно выглядишь. Серьезно, маску делал? 

Слушаю ее расстерянность и недоумеваю, она верит ему, в эту чушь про омоложение?

Хотя, что ещё думать? Что он меня тут зажимал? 

Ей такое в голову не придет.

Мелко трясусь, неловко режу морковку. Тамара возится с радио, переключает станции. 

Савва ушел, кажется, обернуться боюсь, но спиной чувствую, что никто на меня не смотрит. 

- Ты скоро? - Тамара пристраивается рядом. Забирает соломку морковки, хрустит. - Есть хочу. 

- Ещё минут тридцать, - торопливо вываливаю в кастрюлю нарезанные овощи. Кошусь на свою ладонь - она после пощёчины горит.

Зачем я это сделала.

Тамара, напевая, уплывает из кухни.

Занимаюсь супом. Варить-жарить-парить мне нравится, никто не учил, но за эти годы сама справилась, не ресторан, конечно, но все основные блюда получаются быстро и вкусно.

Накрываю кастрюлю крышкой, отхожу к окну. На улице солнечно, скоро начнутся субботники, Тамара на них никогда не ходит, отправляет меня.

Запускаю пальцы в волосы. Мысли отгоняю, но они настойчивыми пчелами лезут обратно.

Ночью готовься - стучит в голове.

А я уже была готова. Когда он прижимался и запускал руку ко мне в брючки.

Может быть, он прав, я просто уже созрела. И мне нужен парень. И дело вовсе не в Савве и не в его сногсшибательной привлекательности, это в организме особые процессы, перестройка, я становлюсь женщиной.

Ведь на Ярослава я реагировала так же. 

- Мэри, накрывай скорей на стол, - врывается в мои рассуждения голос Тамары. 

Она, потирая руки, плюхается на диванчик. Рядом с ней усаживается Савва.

Ловит мой взгляд и едва заметно улыбается. 

Вздрагиваю. У него даже усмешечка сексуальная. 

Гремлю тарелками, невольно кошусь на яркие волосы Тамары. Она растрепана, боюсь представить, почему.

У меня играет музыка, я могла не услышать, если они чем-то занимались.

Наливаю суп, ставлю перед ними тарелки. Из холодильника достаю сметану, быстро режу хлеб и складываю в корзинку. Собираюсь уже юркнуть в свою комнату, мне опять кусок в горло не полезет, но Савва жестом останавливает меня.

- Садись за стол, Маша. 

- Я не голодная, - откашливаюсь. - Пока варила наелась.

Тамара ложкой разгоняет в супе сметану. 

Савва не ест, складывает руки в замок перед собой.

Несколько секунд играем в гляделки, его взгляд продавливает меня. И я не сдерживаюсь, облокачиваюсь на стол и начинаю:

- Поговаривают, что в нашем лесу теперь водятся ягуары.

- Ага, и тигры, - Тамара смеётся, ломает хлеб. - Больше слушай сплетни. Что только не придумают.

- И какое-то необычное красное затмение который день, - продолжаю.

- Ой, Мэри, отстань с глупостями, - Тамара громко прихлебывает. - Дай поесть спокойно.

Смотрю на Савву. Он смотрит в ответ, изучающе, подняв густую бровь.

Между нами напряжение, кажется, что воздух искрит. 

Уголок его губ поднимается в кривой улыбке. Он берет ложку. Усмехается. 

Он понял, что я видела его в лесу. 

И...

...он точно придет ко мне ночью.