Бакалавр 4

На улицу выглянул. Пар там потихоньку рассеиваться начал. Машина с бочкой подъехала, воду откачивать стали.

Волга черная прибыла. Вальяжно так во двор заехала. Начальство какое-то видимо проснулось, на передовой рубеж выдвинулось. Доложит потом где следует, что лично в устранении аварии участвовало.

Одна бочка уехала, другая появилась. Мужиков прибыло. Территорию вокруг ямины в земле чем-то огораживают.

Пока завтракал и по телевизору новости смотрел — экскаватор появился. Молодцы, быстро его пригнали.

Милиция с аварией на дороге тоже уже разобралась. Одна только побитая машина у обочины стоит. Остальные, видно, своим ходом с места происшествия уехали.

Во двор из подъезда выйти не получилось — ботинки пожалел, а резиновых сапог у меня в хозяйстве нет. Пусть море разливанное подмерзнет, тогда и выйду, а пока дома посижу.

В подъезд, кстати, тоже немного воды попало. Вниз в подвал она стекла. Дворник бегает, суетится, что-то там делает.

Вернулся в квартиру. То ли показалось, то ли так на самом деле — холоднее в комнатах стало. Опять батареи потрогал — тёпленькие ещё, но час назад вроде горячее были.

Вот не везет, так не везет…

То болезнь какая-то привяжется, то труба под окном лопнула. Не одно, так другое…

Чем заняться? Походил по комнатам, подумал. Решил Юре позвонить. Не успел. Сам он уже меня набрал.

— Привет, Бакалавр. Ваш дом опять в новостях местных показывают. Правда, такой фонтан у вас из-под земли бил? — Юра интересуется.

Голос у него весёлый. Придурок. Чему радуется то? Чужому горю? Когда теперь это всё у нас отремонтируют?

— Правда, правда, — напарнику по поездкам в пустые деревни отвечаю.

— Чем занимаешься? — очередной вопрос из трубки звучит.

— Дома сижу. Весь двор у нас залило. Жду, когда замерзнет, — про чудеса наши Юру в курс дела ввожу.

— Тут дельце одно намечается. Участвуешь? — опять Юра спрашивает.

— Что за дельце? Нормально говори. — как могу ему ответить, если даже не знаю, что он опять мутить собрался?

— Не телефонный разговор. Приезжай, расскажу. — нагоняет туману Юра.

— Не раньше вечера, — говорю в трубку.

— Тогда не прощаюсь, — сказал и трубку повесил. Есть такая у Юры привычка.