Искатель, 2018 №9
- Автор: Росовецний Станислав, Королев Анатолий Васильевич
- Серия: Журнал «Искатель» #476
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: ООО «Книги «Искателя»
- ISBN: 0130-66-34
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Искатель, 2018 №9». Краткое содержание книги:
В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно; с 2003 года выходит непериодически.
— Значится, как разбогатеем, больше не станем воровать?
— Ты разбогатей сначала, умник… И по «Уложению уголовному» за воровство и плетьми бьют, и на каторгу гонят — да все не та казнь, не те муки, что за смертоубийство. Теперь понял?
— Другое дело… Сразу бы и сказал. А это чего? — прижался Ванька к забору.
— Ах ты, деревня! Неужто раньше не слыхал? Ночной сторож в колотушку бьет и кричит, чтобы самому не страшно было. Сейчас опять заорет.
И правда: впереди раздался понятный, а потому не страшный теперь сухой стук и крик: «Посма-а-атривай!»
— А мы теперь как?
— А мы теперь за ним, покамест он за угол не повернет, свой околоток обходя. Тогда главное — на другого не нарваться, на молчуна.
Наконец Камчатка остановился, придержал налетевшего на него Ваньку и тихонько свистнул. В ответ прозвучали два тихих, но отчетливых свиста, и от забора отделилась черная тень.
— Ты, Гнус? — громко прошептал Камчатка.
— А кто ж еще? — прошелестело со стороны тени. — Валите сюда.
— Как у нас дела обстоят? Ты был там? — быстро спросил главарь.
— Все спят, света нет нигде. Солдаты колготились дольше всех, но уж полчаса, как затихли.
Увидев, что старшие крестятся и бормочут, Ванька перекрестился и сам — рука не отвалится. Молча пошли за Степкой, спустились к реке.
— Зачем нам на реку, Камчатка? — спросил Ванька.
— На Яузу-то? Забыл, что ли, что дальше улицы на ночь перегорожены рогатками? Если по земле нам не подступиться, по речке подплывем.
Плыли в малой лодчонке и недолго. Вот и дворец чернеется. Поднявшись к нему по берегу, Ванька чуть не отскочил: дворец в ночной тиши отнюдь не молчал — поскрипывал и даже вроде как стонал.
— Эфто ничего, ничего, про эфто вся Москва знает, — зашептал, успокаивая его, Камчатка. — Строили в спешке, лес загодя не заготовили, сколотили чудите из сырого. Домина сей день под солнцем постоял, нынче рассыхается. Все путем. Теперь за угол. Вот наше окно.
Ванька легко забрался на плечи Камчатки и сразу, без всяких подтягиваний, оказался прямо перед окном. Окно косячное, мелкие стекла вставлены в дробную раму, изнутри заперто — а ты чего ожидал? Он нашарил за пазухой «фомку» и принялся орудовать, отжимая створку. Раздался громкий треск, и окно со звоном распахнулось. Треск и того пуще звон показались Ваньке оглушительными, плечи Камчатки шатнулись под ним, однако он не растерялся, сунул ломик за пазуху и будто запрыгнул в комнату.
После вольного воздуха здесь густо пахло больным человеком и несвежим, нестираным бельем. Запах шел из угла горницы, где стояла кровать под балдахином. Оттуда же раздавался и мирный храп. Вдруг он стих и сменился хриплым возгласом:
— Тишка, подлец! Что опять разбил?
Ванька оторопел. Особенно его поразили твердо, на немецкий салтык вымолвленные русские слова. Вдруг он понял, что шепчет:
— Пустую бутылку, сударь. Я ведь нечаянно.
— Вычту из жалованья, подлец. Спать не даешь!
Снова наладился храп, и Ванька немного успокоился. Мысли в голове его вертелись с бешеной скоростью, и он вспомнил, как бывший хозяин его Петр Дмитриевич, насандалившись, по ночам во сне тоже вроде бы разумно разговаривал, а поутру ничего о том не помнил. Возможно, что и сонные капли так же на человека действуют. Ладно, надо осмотреться.
Луна была уже ущербная, но светила достаточно ярко, и Ванька усмотрел, что стоит на расстеленной под окном жалкой постели, принадлежавшей, по-видимому, слуге-семинаристу. Парень, на свое счастье, отлучился. И ладно. Скользнув к двери, Ванька убедился, что она заперта, и нащупал торчащий в ней ключ. Что-то здесь не вытанцовывалось, однако задумывать над странностью было некогда, и юный вор начал искать, чего бы своровать. Все, что находил, складывал на стол, а когда кубков, подсвечников, мисок, чарок и прочей рухляди, серебряно отсвечивающей под лунным лучом, оказалось там вроде бы и довольно, он поднял края скатерти, связал ее сверху крепким узлом и спустил из окна в руки Камчатки. Потом точно так же спустил и главную добычу — запертый, красивый и в темноте металлический ларец.
Сделав основную работу, расхрабрился Ванька, и решил он и себя побаловать, а для того прихватить себе и одежку какую с барского плеча. Неслышно проскользнул по комнате к огромному и темному одежному шкафу, занимавшему половину стены. Отворил скрипучую дверцу — и остолбенел. Перед ним, в платье втиснувшись, стояла долговязая белая тень, да к тому ж и говорила: