Первым делом [СИ, закончено]

— Ну всё равно 15 против 600 — и чего, они удержат народ от бунта, например, если вдруг случится?

— Так у них и овчарки есть, и автоматы им недавно выдали новые, куда нам против них бунтовать, — вздохнул Фома. — Лучше уж честно лямку свою тянуть.

— А с пайками как тут, просветите? — попросил я.

— Обычный, это когда норму выполняешь и не высовываешься, 800 грамм черняшки на день плюс суп три раза плюс каша утром и вечером, ноги не протянешь.

— А необычный?

— Если норму не выполняешь, паёк урезается вдвое. И можно загреметь в БУР, а там сам знаешь как… и зимой ещё и дубак страшный.

— А если перевыполняешь норму?

— Ну тогда 1200 грамм и дополнительная миска каши. Но только умные люди говорят, что губит он народ, этот сверхнормативный паёк — не окупается лишние затраты энергии на него. Короче говоря, те, кто его получают, мрут чаще и быстрее.

Экий у него лексикон-то богатый, подумал я на родственника, вон какие умные слова знает…

— А ты кем на воле-то работал? — спросил я у Фомы, но тот как-то странно прореагировал, буркнул коротко «инженером» и замолчал наглухо… за стукача что ли меня принял?

Да и не очень-то и хотелось… до вечера мне пришлось сидеть на лесосеке вместе с бригадой — чтобы назад отконвоировать, это ж надо охранника, а кто тогда оставшихся охранять будет? К распиловке меня не подпустили, сучья обрубал топором. А вечером после ужина я думал, что хотя бы кто-то поинтересуется результатами бензопильного эксперимента, но нет, меня просто опять в БУР заперли. Три дня прошло, думал я, лёжа на нарах, приближается час Ч, он же час Х, думай быстрее, голова… но как назло ничего в эту голову и не лезло.

А утром меня сразу в мастерскую доставили к Свешникову, тот хмуро выслушал доклад о моих успехах и тут же припахал к починке лагерного трансформатора, он, оказывается, ночью накрылся медным тазом, так что весь лагерь обесточен оказался.

— Я ж не электрик, — попробовал откосить от новой работы я, но не тут-то было.

— Чинить я буду, — отвечал мне мастер, — а ты на стрёме постоишь, подать чего или убрать.

Трансформаторная подстанция оказалась смутно мне знакомой, когда-то давно имел дело с такими, недолго, правда, с полгода всего, но кое-что запомнил. Это была локальная понижательная подстанция столбового типа. С защитным отключением, естественно. Что там могло навернуться, виделось мне уже в полном тумане, решил, что пускай Свешников разбирается, раз себя главным определил.

— Значит так, Сокольников, — строго сказал мне он, — стоишь вот здесь (и он начертил на земле линию), за эту линию не заходишь, а то и убить может. Если я чего попрошу, принесёшь вот из этого, — и он выложил на землю с пяток инструментов.

— А вас убить не может? — поинтересовался я с невинным видом.

— Может, — неожиданно быстро согласился он, — отрубить входящие 10 киловольт я не могу, так что придётся работать под напряжением. Не в первый раз, авось пронесёт…

И он смело шагнул за загородку из колючей проволоки, которая окружала эту мачту ЛЭП с подстанцией прямо на её ноге.