Ужин с ангелами [17,5][ЛП]

Ривер недоумённо свёл брови.

— Зачем ты тогда продолжаешь их наказывать?

Действительно, зачем? Она постоянно над этим думала. Сначала считала, что из ревности, потому что всадники не её дети. Хотя должны быть её. Ривер же обрюхатил суккуба и всё испортил. Позже Харвестер поняла, что не чувствовала необходимости находится рядом, не потому что они ей не нравились, а потому что она их любила. Просто ей трудно в этом признаться.

— Харвестер? — надавил Ривер успокаивающим тоном, который всегда выводил её из равновесия и побуждал говорить правду. Хотя она в том не сильна. Но Ривер заслужил это, поэтому она закрыла глаза и раскрыла эмоции.

— Потому что не могу позволить кому-то другому наказать их. — Харвестер открыла глаза, поймав удивлённый взгляд Ривера. — Я не назначаю и половины наказаний, которые может другой Наблюдатель. И ты это знаешь. Исторически сложилось так, что каждый Наблюдатель старается превзойти предыдущего. Когда я была Наблюдателем со стороны зла, действительно пыталась превзойти. И мне удалось. — Она была грубой и жестокой, но тогда могла абстрагироваться и не принимать ничего близко к сердцу. Сейчас же… каждое действие, как наковальня, ложилось на грудь. — Мне приходилось так поступать, потому что моя жизнь, их жизни и существование всего мира зависело от моей способности поддерживать прикрытие и быть самой злобной сукой, какой только могла. Теперь я могу загладить вину. — Она фыркнула. — Ну, не считая Ресефа. Я с ним ещё не закончила.

— Тот есть, ты не ненавидишь их?

— Нет, совсем нет. — Она взяла Ривера за руку и притянула к себе. — Иногда меня раздражает, когда ты принимаешь их сторону, а не мою, но я люблю их и никогда не заставлю тебя выбирать между моей любовью и их. Кроме того, — весело сказала она, — в конце концов, у нас будет свой ребёнок, и ты будешь любить его больше, чем всадников… Тогда мы и сочтёмся. — Она щёлкнула его по носу. — Что скажешь, если мы забудем, что я пыталась готовить, и пойдём куда-нибудь поедим?

Ривер стоял так, словно его ударили обухом по голове. И Харвестер узнала это выражение лица, потому что однажды видела его. Тогда она была злой, а он очень раздражал.

— Ты… хочешь ребёнка?

— Ну, не сейчас, а в будущем… да. Не могу позволить этой шлюхе, Лилит, быть единственной матерью твоим детям. — Она положила руку ему на грудь, почувствовав бешеный ритм биения его сердца… И её пульс забился в такт ему. — И нет, не только из-за ревности я хочу ребёнка. Я хочу его с тобой, Ривер. Очень долго я не думала, что в моём сердце хватит любви для чего-то большего, чем то, что у нас есть. Но я продолжаю находить новшества в любви. Мир становится больше, и я хочу, чтобы и семья становилась больше.

Внезапно она очутилась в крепких объятиях Ривера, который завернул их в кокон безопасности и любви своими изумительными крыльями.