Ветры, кони и дороги [calibre 5.28.0]

– МЧСники уже с крыши уходят. А она-то где? – переживали оба.

– Смотри! Лебедь! – Кир сильно толкнул Степана в бок локтём. – Побежали!

Катерина сидела за трубой как мышка. В шапке-невидимке заметить её невозможно! Но, вот выйти, протиснутся сквозь толпу людей, тоже никак не получится, и показаться нельзя. А тут ещё навзрыд плачущая директриса школы, цепляясь за руки сотрудников МЧС, умоляла их закрыть наглухо, заварить, замуровать этот проклятый чердак!

– Ндааа, вот бедная! Даже не поняла с перепуга, что крыш-то много, и этот дурень мог с любой попытаться прыгнуть. Крыша-то тут совсем не причем! – Катерине услышала, как дверь запирают на замок и вздохнула. – Опять летать! Летать-то ладно, а вот куда садиться? – она стянула невидимку, бережно спрятала её в сумку, скрыла её, а потом представила себя лебёдушкой, неловко шлёпая лапками по металлу, подобралась к краю и взлетела.

– Так, главное, не врезаться в провода, сколько их, прямо как паутина накручена! Ой, ещё и дома вокруг понатыканы! – Катерина чуть увернулась от угла дома, – Надо к пруду лететь! Правда, там народа тьма тьмущая, и как я оборачиваться назад буду, понятия не имею! Вот же баран! – она ругалась на Глеба всё время полёта, но сумела долететь невредимой, плюхнулась на воду и облегчённо сложила крылья. А потом расстроилась. По случаю тёплого осеннего дня, все берега старого пруда были заполнены людьми. – Вот тебе и пожалуйста! Смартфон у меня в рюкзаке, мама звонить будет, когда я не вернусь. Ну, ладно, положим, Степан или Кир сообразят ответить, так за меня не поговорят же! А сказать, что мол, ваша дочь куда-то улетела, это жуть просто, что будет! – она приуныла. И тут к ней подплыла одна из обитавших на пруду лебедей. Небольшая, чуть крупнее Кати, она плавала одна, а увидев новенькую, подплыла поздороваться.

– Здравствуй! Ты так красиво летаешь! Как твоё имя? – лебёдушка рассматривала Катерину с любопытством.

– Катя. А тебя как зовут?

– Летица. А у тебя странное имя. Оно человеческое. И крылья у тебя не обрезаны! И ты так летаешь хорошо! А я вот не могу летать. Мне крылья подрезают всё время, – она грустно опустила голову.

– А ты хотела бы улететь? Тебе здесь плохо?

– Я очень хочу улететь! Мне здесь пары нет. Я маленькая, ну, мелкая. У нас лебеди выбирают крупных лебёдушек, а меня зовут заморышем. С детства так зовут, а мне обидно! Но, ты тоже не очень большая, тебя так обзывали?

– Нет, не обзывали, и я знаю лебедя, которому ты бы очень понравилась. – Катерина вспомнила про Гуслика.

– Да что ты?? Как бы я хотела с ним встретиться… Только, только вот улететь я не могу! А он сюда не может прилететь?

– Он далеко. Очень. Но, я бы могла вас познакомить. Ой, погоди, это меня ищут! – Катерина увидела бегущих по берегу пруда Степана и Кира. Она, быстро перебирая лапками, поплыла к пологому спуску в воду.