Контора

— Что?

Диспетчер так быстро появилась на пороге комнаты, что Саша не успела даже глазом моргнуть. Видимо, стояла за стенкой, прислушиваясь, не натворит ли кто-нибудь из них тут дел.

— Ты что от Сашки то хотела?

— Так в магазин, Маратик, надо. Сахара нет совсем.

Саша была в шоке от двух вещей. От того, что Ольга Сергеевна ее прикрыла, подтвердив подозрение в шпионском бдении под дверью, и от того, что Марат вообще в принципе знал ее имя. Спроси его сейчас, как зовут кого-нибудь из тех телок, что сидят в кухне, он сто процентов не назовет ни одну. Ну, если только по кличкам.

.— Хорошо. Пусть идет. — вынес вердикт блондин, оторвавшись, наконец, глазами от изрядно нервничающей Саши.

Ей показалось, правда, что сказал он это будто с неохотой, словно не желая ее отпускать. Тьфу ты, господи, да что за напасть такая! Мерещатся ей, хоть убейся, знаки внимания с его стороны. Однозначно, нужно прогуляться по улице, чтоб мозги проветрились и встали на место.

Саша выскочила в коридор, быстро накинула кожаную куртку и, оказавшись в подъезде, облегченно перевела дыхание.

Впервые с ней происходила такая ерунда. Марат пугающе сильно влиял на состояние ее разума, а особенно на ту часть тела, что находилась значительно ниже.

Саша с детства боялась собак, и каждый раз, стоило рядом оказаться хоть какому-нибудь, даже очень маленькому псу, внутри у нее сразу все заходилось от страха. Сейчас ощущения были очень похожи, с той лишь разницей, что этот, вызываемый Маратом, испуг, отдавал чем-то болезненно сладким и волнующим.

Она, не спеша  прогулялась до магазина, купила сахар, пачку чая и молока, которого безумно захотелось на фоне всех этих переживаний. Так же, не торопясь, вернулась к нужному дому, зашла в полутемный подъезд, но тут же почувствовала, как ее схватили за предплечье, дернули в угол, где висели почтовые ящики, и прижали спиной к стене.

Марат стоял, одной рукой удерживая опешившую девочку в том положении, которое позволяло ему находиться очень близко, а второй упираясь о стену над Сашиной головой.

Несколько мгновений он просто смотрел на ее губы, а потом наклонился и поцеловал.

Саша не целовалась так давно, что даже на секунду испугалась, а вдруг совсем разучилась и ему не понравится. Распространенная фишка о том, что проститутки никогда не делают этого с клиентами, на самом деле имела место быть, а с Генкой  просто уже совсем этого не хотелось. Но сейчас… Губы Марата были такими мягкими и нежными, но в то же время настойчивыми и возбуждающими, что ей все происходящее казалось нереальным удивительным сном. В голове шумело, ноги подкашивались, а ослабевшие руки выронили пакет с едой на пол, отчего, из лопнувшей упаковки молока тонкой струйкой вытекало содержимое.

Саша обняла его, скользнув одной рукой под тонкий шерстяной свитер, а вторую положив на тыльную сторону шеи, будто опасаясь, что он может отстраниться. Марат же прижимал ее к стене, не лапая, не стараясь расстегнуть ширинку джинсов и забраться внутрь. Он всего лишь, держал ладонь на затылке, зарывшись пальцами в волосы, а второй по –прежнему опирался о стену, но Саша прекрасно чувствовала, как растет его возбуждение, и от осознания того, что этот сильный, опасный мужчина на самом деле ее хочет, у нее просто рвало крышу. В какой-то момент, когда их тела были слишком близки друг к другу, и Саша чувствовала, как в низ живота упирается физическое доказательство его желания, Марат вдруг отстранился, глядя ей в лицо темным, почти черным взглядом. Он дышал так часто и прерывисто, что его грудная клетка ходила ходуном. Блондин сделал шаг назад, оторвавшись от стены, провел ладонью по лицу, будто стирая что-то невидимое, а потом отчетливо сказав: «Это п….ц», вышел на улицу, как есть, в одном свитере.