Танго под звуки пианино

Через несколько секунд в комнату осторожно вошла Лола. Так осторожно, что дверь немного заскрипела. Ни слова, ни звука ни от одного, ни от другого.

– Что ты хочешь от меня? – спросила Лола с усталостью.

– Ничего, – с той же интонацией ответил Алик.

– Ты настолько невыносим, что Аня уже не может дольше получаса находиться в твоем обществе и просто уезжает подальше, чтобы не видеть твою несчастную физиономию.

– Тише, – попросил Алик, но Лола махнула на него рукой, не желая ничего слушать.

– Что с тобой случилось? Пора было бы уже забыть про мои детские выходки, а ты живешь прошлым! Хватит им жить! Это глупо!

Алик пристально смотрел на Лолу.

– Но я не могу забыть, – спокойно произнес он.

Аня еле сдерживалась. Она хотела, чтобы они замолчали. Или хотя бы выясняли отношения не там, где она будет их слышать.

– А ты постарайся! – резко выпалила Лола и уже повернулась к двери.

– Но я…

– Черт тебя подери, Алик! Я же тебя люблю! – воскликнула в сердцах Лола, и Алик застыл.

Для него эти слова означали всё. Весь смысл, который они в себе заключали, сейчас вылился на него холодной струей, обжегшей все внутренности. Лола бы не произнесла этого, если бы действительно не чувствовала. Из ее уст эти слова звучали, как что-то очень трудное, что безумно нелегко отпустить от себя. Но на секунду все-таки емкость, где хранились эти слова, вдруг открылась, и Лола не смогла их удержать.

Алик в оцепенении смотрел на Лолу и ничего не мог сказать. В его голове все спуталось. И Аня, лежащая сзади него за перегородкой, и Лола, которая сказала сейчас что-то совсем невероятное, и весь мир, который теперь поплыл и раскрасился в разные цвета. Другие цвета, которых раньше не было.

– Мы не можем быть вместе, как у всех принято, Ал. Ты же знаешь. Мы не уживемся. Так и будем постоянно выяснять отношения с нашими дурацкими характерами. Ты же знаешь, я не сахар, а ты и вовсе, каждый гнет свою линию. Перестань мучить и себя, и меня. Ведь все нормально и так?

– Вы не могли бы выяснять отношения не тогда, когда я сплю?

Аня все-таки не выдержала и постаралась придать голосу оттенок недовольного разбуженного человека.

Лола округлила глаза и положила руку в кольцах на грудь:

– Боже мой! Ты не уехала?

– Нет, – выглянула Аня из-за Алика. – Я пошла спать.

– Почему ты не сказал мне?

– Я пытался, но ты не захотела слушать. А потом это стало не важно.

– Пора было бы уже привыкнуть, что я не умею слушать, а только говорю, – сказала Лола с неуместной игрой в голосе.

– Ничего страшного, можете продолжить, но только не здесь, – как ни в чем не бывало заявила Аня.

– Ань, я сказала, что люблю его… Но мы с ним как кошка с собакой, я не собираюсь вам мешать, – мягко говорила Лола, пытаясь исправить положение.

– Не нужно. Я же сказала, все в порядке, – и Аня дружелюбно улыбнулась.

Алик усмехнулся.

– Ты все-таки что-то там поняла, – указал он на свою голову. – Даже мне это иногда не удается.

– Я еще не видела в своей жизни, чтобы люди так долго любили друг друга и так долго никак не могли соединить эту любовь. Вот это глупо, – вспомнила она фразу Лолы. – А всего-то нужно было просто поговорить. Не умеют люди общаться, – снисходительно произнесла Аня и снова скрылась за Аликом, положив голову на подушку. – А теперь, пожалуйста, дайте мне поспать.