По дороге пряностей (СИ)

— Сеньор Витале, — обратился ко мне Бертуччи, когда я приказал рулевому повернуть к первой точке нашего пути, из запланированного маршрута.

— Да сеньор капитан? — я повернулся к нему.

— Вы уверены в курсе? Мы уже сорок дней в пути, со времени выхода в океан.

— Уверен лишь Бог сеньор Бертуччи, — я загадочно пожал плечами, — я могу лишь полагать, что мои расчёты верны.

— Команда волнуется, мы едим только то, что взяли с собой, а ловить рыбу в то время, когда мы проходим рядом с берегом, вы запретили.

— Я не запретил, просто сказал, что если кто-то в обход моего приказа выловит, наесться и отравиться, того я лечить не буду, сразу выкину за борт.

— Это как-то слабо выглядит просьбой, — он покачал головой, — мне и другим офицерам хотелось бы больше ясности в ваших поступках и действиях.

— Этого вам точно не нужно знать, — отрезал я, прекращая очередные поползновения в сторону моей штурманской деятельности, — вам конкретно капитан нужно следить за кораблём и парусами. А если остальным нечем заняться, пусть подходят ко мне, я найду им занятие.

Желающих почему-то не нашлось.

— Можно хотя бы тогда попросить вас не плавать утром и вечером вокруг корабля сеньор Витале, — жалобно обратился старпом, — вы единственный кто знает, где мы находимся и есть с вами что-то случиться, мы все сгинем в этом бескрайнем океане.

Я почесал затылок. Да, действительно, чтобы разминать мышцы, я стал плавать рано утром, когда корабль ещё не вставал на курс, тоже поздно вечером, когда мы спускали паруса, и дрейфовали по течению. Я ещё не был настолько уверен в себе, чтобы ходить под полным ветром ночью.

— Могу предложить только чтобы меня обвязывали канатом и бегали за мной вокруг вдоль палубы, — предложил я, — если что-то случиться смогут быстро вытянуть.

— Благодарю вас сеньор Витале! — сеньор Джакопо молитвенно сложил руки, подзывая боцмана и давая ему распоряжение, всегда теперь выделять мне матросов с канатом.

— Если больше вопросов и предложений нет, пойду тренироваться, — хмыкнул я.

Юнги принесли мне подаренный отцом лук, и стрелы без наконечников, установив мишень, там, где я никому не мешал. Конечно расстояние было плёвым, на тридцатиметровом корабле было не сильно и развернуться из-за большой команды, которую я взял с собой, но пока это оправдывалось, большее количество людей, равнялось меньшему количеству вахт для каждого, так что матросы успевали даже отдыхать в промежутках между другими делами по кораблю, в виде наведения чистоты и уборки.

Лук же, я с каждой неделей чувствовал всё лучше, поскольку симбионт, улавливая какие мышцы у меня больше всего напрягаются, стал усиливать и укреплять тело, а особенно плечевой пояс. Так что я быстро набирал в плечах, и уже мог почти полностью натянуть тетиву на византийском рекурсивном луке. Фехтовать на палубе, где постоянно кто-то что-то делал было проблематично, так что плавание и стрельбы были единственными моими развлечениями в редкие часы свободного отдыха.

Нужно сказать, что несмотря на то, что большинство моряков умели плавать, всё же родились в Венеции и имели большой опыт плавания на галерах, прежде чем попасть в нынешний состав бригантины, но никто из них не пробовал последовать моему примеру. Прыгать в океан, когда вокруг километры морской воды, а под дном судна неизвестно какая глубина, опасались все. Поэтому каждый раз, когда я отряхиваясь и кутаясь в поданное юнгами полотенце, вылезал после очередного купания, моряки облегчённо вздыхали и крестились.