Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники
- Автор: Гроздова Ирина Николаевна, Токарев Сергей Александрович
- Язык: русский
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники». Краткое содержание книги:
В горных областях Франции день Сен-Жана был праздником пастухов. Скот в этот день украшали цветами и травами, на пастбище или в пастушеских хижинах устраивали трапезу.
Один из элементов праздника составляли обряды, связанные непосредственно с культом Иоанна Крестителя (Saint-Jean Baptiste). Во Франции около двух тысяч приходов считают Сен-Жана своим покровителем; многие часовни, носящие имя святого, были центрами паломничества и местных праздников, которые сопровождались ярмаркой и ярмарочными увеселениями. Но обряды, относящиеся к культу этого святого, ничем не отличаются от обрядов, совершаемых в честь других святых-покровителей, хотя церковь и пыталась объяснять «культом святого предтечи» многие магические по своему смыслу обряды{91}.
Во многих областях страны после праздника Сен-Жана начинается пора сенокоса, а во второй половине июля и жатвы. Обрядовые действия магико-религиозного и социального содержания теперь связываются непосредственно с процессом труда.
В современной Франции, где большая часть сельскохозяйственных работ производится машинами, где в страдную пору на уборку урожая широко привлекаются иммигранты, обрядовые действия не имеют места. Почти повсюду в стране они уже не совершались после войны 1914–1918 гг. Описания обрядов, сопровождавших уборку урожая, относятся к прошлому веку. А. Ван Геннеп, составивший энциклопедическую сводку материалов о жатвенных обрядах, уже не был их свидетелем, записи его были сделаны по отрывочным воспоминаниям крестьян.
Крестьяне редко справлялись с уборкой урожая силами своей семьи. Как правило, в страдную пору прибегали к помощи наемных работников, приходивших либо из соседних деревень, либо издалека. В эту пору жители горных областей, где урожай созревает позднее, спускались на равнины, шли на заработки и виноградари. О найме жнецов заботились заблаговременно, нередко с весны, в пасхальные дни.
Обычно, нанимая работников, хозяин устраивал либо в день найма, либо в воскресенье, предшествующее жатве, обильное угощение. Эта трапеза, одним из главных блюд которой был окорок (к этому дню обычно закалывали свинью), во многих местах, в частности в Шампани, называлась «manger le jambon» («есть окорок»). Она имела значение скрепления договора, заключенного устно. Отсюда родились выражения «я справил пасху», «я ел окорок» («J’ai fait Pâque», «J'ai pris le jambon»), означавшие, что человек уже нанялся на жатвенные работы. Общественное мнение строго осуждало лиц, нарушающих этот договор{92}.
Начало жатвы и особенно ее завершение сопровождались обрядами, в которых можно усмотреть и радость по поводу окончания напряженного труда, и благодарность за хороший урожай, и стремление магическими средствами обеспечить будущий урожай.
Обряды, связанные с началом жатвы, аналогичны обрядам, совершаемым по ее окончании, но во Франции они не были столь обязательны и столь разнообразны, как обряды с последним снопом.
Первые срезанные колосья, так же как последние, считались наделенными особыми свойствами, способными влиять на будущий урожай. Из первых срезанных колосьев делали букет, украшали его цветами и торжественно преподносили хозяйке или хозяину дома. Букет прикрепляли к потолку в доме или амбаре, иногда под навесом камина и хранили до следующей жатвы. Очевидно, стремление сохранить первые колосья исходило из представлений о том, что в них заключена плодородящая сила зерна{93}.
Обряды, сопровождающие завершение жатвы, более разнообразны, но они рано утратили бо´льшую часть своих архаических черт. Описания жатвенных обрядов, относящиеся к первой половине XIX в., не всегда позволяют уловить первоначальный смысл их. В этот период трудно выделить комплекс обрядов, связанных с каким-то определенным представлением, чаще всего это было смешение различных представлений. Но доминировала при этом идея о том, что дух растительности, дух хлеба, обладающий живительной, плодородящей силой, воплощается в последнем снопе и его благотворное влияние распространяется на тех, кто причастен к срезанию последних колосьев, к вывозу последнего снопа с поля. Дух растительности, по народным представлениям, мог воплощаться и в каком-либо животном либо птице, чаще петухе.
Наиболее полное описание этого обряда, совершавшегося в Лотарингии, относится к первой половине XIX в. Когда жнецы приближались к последнему несжатому участку поля, первый работник приносил большую ивовую ветвь, называемую май, украшенную разноцветными лентами и букетами из полевых цветов. На верхушке этой ветви был привязан живой петух. Ветвь прикрепляли к шесту, который втыкали в землю посредине еще не сжатого поля. Жнецы окружали этот участок и по знаку, данному первым работником, устремлялись по направлению к маю, стараясь срезать колосья как можно быстрее. Приближаясь к центру, они подражали кукареканью петуха, а собирательницы колосьев вторили им кудахтаньем. Жнецу, первому приблизившемуся к букету, все кричали: «Держи его крепче, чтобы он не спасся»; «кончай его, держи его крепче!»