В лето 6733

— А ты почему говоришь так странно для русичей? — спросил я уже опускаясь на колени.

— Много говорил с Даниилом — он готовил меня на смену. Он мне отцом был, тать! — последние слова монах выкрикнул.

Только сейчас я попытался рассмотреть монаха. Он был рослым, но очень молодым человеком. Думаю, что даже восемнадцати лет не было. Тело было какое-то не пропорциональное — при длинных руках и ногах, туловище казалось маленьким, как и узкие плечи с маленькой головой — явно какая-то генетическая болезнь.

И ему с детства, при явных комплексах из-за внешности, вливали в уши всякую ересь про богов и избранность. Таинства обрядов при определенном антураже и знание нескольких фокусов и все — местное население будет верить хоть в великого майского жука как спасителя человечества.

Тем временем я отметил, что уже не ощущаю резкой боли, регенерация работает. Резкие позывы рвоты я не стал сдерживать и постарался максимально прочистить свой организм, в том числе и с использованием приемов вызова рвотного рефлекса. Да — не эстетично, но отрава должна как-то выйти. Организм сопротивляется яду, но вот переварить вещество, которое во мне не в состоянии.

Монах, баюкая свою руку хищно, с неестественным блеском в глазах радовался происходящему. Покойный Даниил, видимо, не дал своему сыну элементарных медицинских знаний. Яд выходил из меня, а юноша радовался, что мне становится хуже.

— Ну, все, гнида, давить буду, — сказал я, вытирая рот и краем глаза отметив, что с друзьями все в порядке. Они устроили соревнования кто громче храпит, заставляя вздрагивать монаха при особо удачных трелей спящих мужчин.

Монах не испугался, не отшатнулся, между тем явно нервничал, он с ненавистью смотрел прямо мне в глаза. Выдержке парня можно было бы позавидовать, если бы не трясущиеся коленки на фоне вздрагиваний, но парень силился спрятать свои эмоции.

Пнув еще раз ногой пришедшего с монахом бойца, я начал экспресс-допрос. Вот только либо из меня плохой дознаватель, либо у парня вообще отсутствует болевой порог. Сломанная рука монаха не принесла мне информации, как и крики, запугивания, удары и тычки в болезненные места.

Через десять минут, я решил разбудить, наконец, своих друзей. Первоначально я надеялся скрыть от них факт нападения, но сейчас точно не получится. Нужно использовать попытку убийства как козырь в общении с великим князем, или его людьми. Не туз козырный, но играем теми картами, что выпадают.

— Пошто, Корней? — отмахивался Ермолай, который наотрез не хотел просыпаться.

Бер же проснулся быстро, оценил обстановку и без слов начал вязать бойца, сняв с себя рубаху и разорвав ее на ленты. Пока Бер связывал конечности незваных гостей, я решил осмотреться и понять, как проникли адепты ереси Даниила к нам в поруб. Если же имеет место предварительный сговор с великим князем и нас уже считают убитыми, а княжья дружина спешит в поместье, чтобы арестовать как командный состав воинской школы, так и взять под свою руку ремесленников.