Там, где обитают куклы... [СИ]

Снаружи бушевал яркий, солнечный день, мягкий асфальт прогибался под ногами, но в здании терминала было довольно свежо. Мощные кондиционеры молотили на пределе сил. Дышать было легко, даже невзирая на то, что находились они на высоте около двух тысяч метров над уровнем моря. Каких — то изменений в своем самочувствии друзья не заметили, хотя о признаках горной болезни знали достаточно, о чем не преминули сообщить своему идейному вдохновителю Максу.

«Откуда я знаю, почему у вас головы не болят!» — злился он, — «Может быть, мы здесь слишком мало времени… А может быть — вы дятлы… ведь только у них головы не болят… потому что мозгов нет!» «Сам ты — дятел! Кентский! Эндемичный экземпляр!» — почти что хором, дружно ответили они. «Гады…» — миролюбиво усмехнулс Макс, под руку увлекая Альберта в сторону ближайшего бутика.

Время шло неумолимо. Объявили посадку. Но остальной компании все еще не было. Ральф понемногу начинал испытывать какое-то внутреннее беспокойство. Однако, вскоре на горизонте показались Макс с Альбертом, а немного позже — и Томас с Генри. Макс с Альбертом волокли с собой довольно объемный и увесистый пакет. При ближайшем рассмотрении и обнюхивании, от него приятно запахло едой.

«Дайте пожрать, человеконенавистники!» — взмолился Ральф, который, несмотря на крайне энергосберегающий ритм жизни, все же ощутимо проголодался — «Если бы я был молью, то уже, наверное, бы сожрал пиджак нашего Громилы!». «Свой сожри лучше! Он больше. Дольше сыт будешь!» — огрызнулся никогда не лезший за словом в карман, Генри.

«Хочешь создать пищевой ком?» — участливо глядя в глаза другу, спросил Альберт, входя в роль психотерапевта и наклоняясь к лицу Ральфа — «… а давай об этом поговорим!» «Убийца бессердечный!» — Ральф с горячей мольбой во взгляде посмотрел на Альберта. «Ну пожалей ты пиджак Громилы наконец! Я хочу жрать!!!» «Очень хочешь?» — спросил он его еще раз. Толстый молча кивнул, не сводя глаз с пакета и шумно проглотив как бы скопившуюся слюну. «Ну… На! Создавай пищевой ком! Так уж и быть…» — с этими словами он полез в пакет и, поковырявшись там некотрое время, выдержав театральную паузу, ткнул ему чуть ли не в нос, еще горячий багет с ветчиной.

«Спасибо друг, что не дал мне умереть с голоду!» — совершенно не обращая внимания на хамский тон, Толстый выхватил багет из рук Альберта и, набив до отказа рот, сочно зажевал, закатив от удовольствия глаза. «Представьте, нашли! Чудом! Какая-то булочная, что-то вроде французской! А так — почти все — местное… Перца в их еде столько… — съешь и в заднице огонь загорится!» — показывая на жующего Ральфа, проговорил довольный Макс.

«А ты думал, что здесь из еды только текила и лайм?» — съязвил Генри. «Текилы здесь действительно валом… причем самой разной, на любой кошелек и лайма тоже…» — глубокомысленно изрек Альберт, подключившись к разговору — «… мы бы взяли местной еды…, но ее есть вообще невозможно… куда они пихают столько перца и специй, совершенно нормальному человеку непонятно… к заднице можно вентилятор цеплять смело… чтобы хоть как-то охлаждал…»